И от этой мысли в груди разливается тепло, которое не имеет ничего общего с меткой.
— Спасибо, — шепчу я, затем отворачиваюсь, пытаясь скрыть смущение, но Кайрос уже поднимается, и его взгляд снова ловит мой. На миг мне кажется, что он тоже чувствует эту искру, это странное притяжение между нами, но быстро разрывает его.
— Пойдём, — говорит король, возвращаясь к своему обычному тону. — Обед стынет, а нам ещё ехать до заката.
Я киваю, всё ещё не в силах вымолвить ни слова, и иду за ним, чувствуя, как метка под ключицей чуть пульсирует, будто напоминая: что-то между нами изменилось. И, чёрт возьми, я не знаю, радоваться этому или бежать без оглядки.
* * *К вечеру мы наконец прибываем во дворец. Высокие шпили, увитые плющом, возвышаются над горизонтом, отражая последние лучи заката. Ворота распахиваются, и стража встречает нас с почестями.
Вроде можно и выдохнуть, но я не могу толком успокоиться. Столько всего в голове. И самое главное, понимаю — должна поговорить все-таки с Кайросом. Расставить все точки над «и». Заодно распросить подробнее про метку.
Правда, сделать это сразу не получается, поэтому мы с Монро идем в мои покои, немного отдохнуть. Она помогает мне разобрать вещи, принять душ, и переодеться. После такой длительной дороги, оказаться здесь — даже приятно.
— Монро, — тихо зову я, когда она ближе к ночи, она уже собирается уходить. — Мне нужно… поговорить с королём. Как это сделать?
Она замирает, глядя на меня с удивлением.
— Госпожа, уже поздно… Может, лучше завтра? Его Величество наверняка устал…
— Нет, — упрямо качаю головой. Почему-то кажется, что откладывать нельзя. Будто каждая минута — решает мою, нет нашу с ним судьбу. — Пожалуйста, отведи меня к его покоям.
Монро колеблется, но, увидев моё решительное выражение лица, сдаётся. Она кивает и ведёт меня по длинным коридорам дворца, освещённым тусклым светом факелов.
Ночь окутала дворец, и тишина кажется почти осязаемой, нарушаемой лишь звуками наших шагов. Я переживаю. Настолько, что постоянно тереблю подол платья.
Мы останавливаемся перед массивной дверью его покоев. Несколько стражников окидывают нас удивленным взглядом. Чуть левее дежурят придворные дамы, и главный евнух. Интересно, они вообще спят?
Монро тихо шепчет:
— Скажите, пожалуйста, что королева желает аудиенции, — обращается она к евнуху, пожилому мужчине.
— К Его Величеству нельзя, — жестом, евнух показывает, чтобы мы убирались.
— Но!… — противлюсь я.
— Уходите, он уже сегодня не принимает никого.
Я киваю, и собираюсь уходить, но замираю, услышав голоса за дверью. Мягкий, мелодичный смех — женский. И низкий, хрипловатый голос Кайроса. Сердце сжимается, но я заставляю себя сделать шаг ближе, даже не знаю, что мной движет.
