А после вернулась во дворец, скользнула в свою комнату и начала сборы. Подходящее платье у меня было только одно — я специально купила его на прошлой неделе для сегодняшнего дня — белое с синими ягодками. Из простого ситца, но зато яркое и пышное, с рукавами-фонариками и неглубоким декольте. Волосы оставила распущенными, чтобы максимально завуалировать овал лица, а дополнила образ чёрной маской — одной из тех, что мне требовалось носить в городе, прикрывающих брови, лоб и нос, оставляя на рассмотрение лишь нижнюю часть лица. Мы условились встретиться с магистром у запасного выхода, чтобы он передал мне зелье, которое развеет маячок.
Проверила собранные вещи, подождала ещё немного — нужно было дождаться разгара маскарада, когда гости захмелеют, — и, накинув плащ, выбежала на улицу.
На мир уже опустилась тень. Солнце зашло, звёзды засияли на небе, как и полумесяц — почти такой же, как у меня на лбу. При свете дня он почти не заметен, а вот ночью его очертания становятся более явными.
Я шла по дальней дороге, чтобы быть особенно неприметной. Раньше меня здесь часто поджидала Эрелин, чтобы вновь чем-нибудь похвастать, но сегодня она наверняка готовилась к маскараду и ей было не до того.
Эрелин окончила первый курс Раманской академии магии, но приехала на каникулы лишь недавно, почти всё лето проведя в столице Рамании, Энибурге. Его высочество Данияр водил её на различные выставки, в оперу и на балет. А ещё — они вместе посещали приёмы.
Просто идиллия!
Если честно, мне казалось, что его высочество явно слеп, раз действительно увлёкся моей сестрой."
"Отбросив невесёлые мысли, я поспешила. К счастью, за все годы своей жизни во дворце я привыкла передвигаться бесшумно и быть максимально незаметной — от этого зависело, получу я очередную пощёчину от герцогини или нет. Пощёчины получать не хотелось, потому училась на своих ошибках. Вот и сейчас я, минуя стражу, подбежала к стене дворца — здесь был тайный ход, через пять метров, и как удачно, что мне открывались все замки благодаря моей крови: поставить на меня запрет буквально было невозможно, иначе запрет коснётся и Эрелин.
Просто герцог и герцогиня надеялись, что я достаточно запугана, чтобы сидеть тихо и не высовываться.
Но тут в испуганное сознание ворвался знакомый голос:
— Эрелин!
Глава 5
Голос принадлежал герцогине. Я застыла, огляделась и облегчённо выдохнула, осознав, что обращались не ко мне. Голос раздавался сверху, судя по всему, с балкона. Там на третьем этаже находились покои моей сестрицы.
— Ты опять пришла меня уговаривать? Возвращайся к гостям, мама. Я уже сказала: не пойду на бал! — в голосе Эрелин слышались привычные капризные нотки.
Герцогиня вздохнула.
