– Так каким же образом твой кот мог спасти тебя?
– Он опрокинул кофе мне на платье, я успела сделать лишь пару небольших глотков. А теперь ответь мне на один вопрос. Каким образом ты смогла подмешать мне в кофе наркотик, ведь его разливала, а потом подавала Лола?
– Моя дорогая, я тебя умоляю, – сморщилась Тамара. – Это же проще простого. Только ты пьешь из серебряной чашки. Достаточно было обмазать наркотиком эту чашку, а в соединении с серебром он срабатывает почти как цианид.
– А если бы Лола ее помыла?
– Я все предусмотрела и сделала все только тогда, когда чашки стояли на подносе уже помытыми и приготовленными для того, чтобы в них разлить кофе.
– Да, ты, кажется, все просчитала, – тихо прошептала Нина. – Тебя совсем не мучает совесть после того, что ты сделала?
– Представь себе, нет, – беспечно ответила Тамара и усмехнулась. – Как говорится, я шла ва-банк. Или пан – или пропал! Ставка была велика, и она стоила того, чтобы рискнуть. Я была уверена, что выиграю.
– Знаешь что, я думаю, наш с тобой разговор будет бесконечным. Собирайся, поедем в милицию, – решительно оборвала эту «задушевную беседу» Нина. – Я не намерена больше слушать здесь твои бредни. Лучше расскажешь все там, где положено. Пришла пора отвечать за свои поступки.
– Неужели ты думаешь, что я вот так просто, как овца на заклание, отдам себя в руки правосудия? Ошибаешься, дорогая, – сверкнув безумными глазами, прошипела Тамара и откинулась в кресле в расслабленной позе. Она допила свой коньяк и бросила бокал прямо на пол.
– И что же ты намерена сделать, чтобы избежать кары того самого правосудия? – поинтересовалась Нина.
– Я намерена все завершить. Ты не выйдешь из моего дома, уж об этом я позабочусь, – совершенно спокойно проговорила Тамара.
– Ты меня хочешь еще раз убить? Кажется, это будет уже третья попытка? – усмехнулась Нина.
– Смеешься, сука? – вдруг взвизгнула хозяйка дома и метнула на Нину ненавидящий взгляд. – Смеется тот, кто смеется последним! Я придушу тебя, красотка, – прошипела она. – Вот этими самыми руками! Я не позволю тебе продолжать радоваться жизни, когда моя летит под откос!
– Ты сама в этом виновата. Ты сама пустила свою жизнь под откос. Чего тебе не хватало, Тома? – не дрогнув от истерической выходки бывшей подруги, спросила Нина. – Если тебе нужны были деньги, попросила бы у меня. Ты же знаешь, я не отказала бы тебе. Если бы ты раньше рассказала мне про Никиту, я бы никогда не вышла за него замуж. Ради нашей дружбы я многое бы сделала для тебя. Почему ты молчала? – со слезами на глазах спрашивала Нина. – Что же ты наделала? Ведь после смерти моих родителей ты была единственным близким для меня человеком! По-настоящему близким. Что ты натворила, Тамара? – простонала Нина. – А сейчас – прости.
