– Это уже неважно, – даже при желании подобрать нужные слова не могу, это всё, что я способен выдавить.
Настя немного отчаянно цепляется за ворот моей куртки, в кулак ткань сжимает. Не знаю, о чём думает, но одно понимаю наверняка – ей теперь наплевать на зрителей, если те ещё есть.
И это, наверное, главное. Ведь она даже о Свиридове, который может мимо пройти, не беспокоится.
Остальное потом решим.
– Кирилл – не мой парень, я соврала насчёт этого, а вчера не смогла тебе сказать, вот и выпалила про беременность, – будто прочитав мои мысли, неожиданно сообщает сестрёнка. – Ты из-за этого не вернулся домой?
Она снова немного нервничает. Но на этот раз из-за сказанного собой. Как мило – Настя смущается, а значит, думает, что многое выдала. Не скажу, что новость удивила, я ещё на свадьбе о чём-то таком догадывался. Тем более, после игры. А то, что сестрёнка не захотела сообщать мне об этом вчера, очень красноречиво. Как и то, что в принципе про парня соврала тогда, в бассейне…
Но рано расплываться в дурацкой улыбке, я ведь видел, как Настя с Кириллом сосалась. Её парень или не её – увиденного не развидеть.
Хотя это, конечно, не объясняет, почему она сейчас так ко мне прижимается…
– Больше из-за того, что увидел, как вы целовались, – говорю резко, безжалостно заглушая неуместную радость. – Мимо проезжал.
Настя едва уловимо напрягается, ко мне голову приподнимает. Но всё равно до лица взглядом не дотягивается, ведь чтобы мне в глаза заглянуть, надо слегка отстраниться. На это сестрёнка не решается… Или не хочет.
– Я пыталась… – негромко признаётся она, снова опуская лицо. – Думала, что влюблена в него, но это не так. В итоге мы решили остаться друзьями.
Обычные, тихие и вроде бы вполне ожидаемые, учитывая происходящее, слова неожиданно выбивает почву из-под ног. Даже не ожидал, что могу вот так в ступоре стоять и чуть ли не млеть, как придурок.
Ну и пофиг, что идиотом самому себе кажусь, зато счастливым. Впервые за долгое время. Теперь я хорошо понимаю, что всё происходящее значит, и уж точно не упущу.
Ещё бы разум, наконец, прояснился или дар речи вернулся. Не самая простая задача, учитывая, что наши объятия затягиваются. Чертовски хочется дополнить их поцелуем. Но ещё больше – услышать от Насти то, что и так понятно. Не ожидал, что я долбанный романтик, которому признания подавай.
Но сегодня можно.
– Ну конечно, ты не влюблена в него, – небрежно заявляю. – Ты же меня любишь.
Настя подозрительно молчит, и каждая проходящая секунда паузы ощущается очень остро. Уверен, что не только мной.
Кажется, я забываю, как дышать.
– Да? – не выдерживаю напряжения, спрашиваю, как всё тот же идиот.
Только на этот раз слегка отстраняюсь, чтобы её лицо видеть.
