Я на цыпочках прошла в ванную и сразу же закрыла за собой дверь. Включив свет, я наткнулась на унитаз, и меня вырвало. Я крепко вцепилась в сиденье, когда головокружение затопило мой разум. Опустившись на колени, я прислонилась головой к краю ванны. Мои глаза сами собой закрылись, пока я делала быстрые неглубокие вдохи через нос. Я чувствовала себя такой опустошённой, слабой, старой и безжизненной.
Глава 4
Закари
Передо мной на столе стояла нетронутая тарелка с хлопьями. Я не был голоден. Наверное, впервые в жизни, от одного вида еды меня затошнило.
Прошлая ночь. Эти крики и выражение глаз Эмбер. Я отодвинул тарелку, не обращая внимания на молоко, которое пролилось на стол.
Блядь. Я не мог забыть эти испуганные глаза.
После этого я спал не больше двух часов. И мой сон был далеко не безмятежным. Кошмары, наполненные ее криками, преследовали меня. Не то, чтобы мои сны были даже близки к тому ужасу, который испытала она.
Было уже почти десять. Брайан еще даже не выходил из своей комнаты, хотя вставал очень рано. Я слышал какое-то движение в его комнате, но он не выходил. Возможно, он прятался. Может, он боялся встретиться с сестрой после вчерашней ночи. Если это так, я бы надрал ему задницу.
Я провел рукой по волосам. Должно быть, это был первый раз, когда Брайан пропустил день в юридической школе. Мой послужной список был куда менее безупречен.
Звук мягких шагов в коридоре привлек мое внимание; они не принадлежали Брайану. Я не двинулся с места на своем стуле. В любом случае было уже слишком поздно уходить. Я не смогу выскользнуть из кухни, не встретившись с Эмбер.
Не оставаться наедине с ней, в комнате."
"Слова Брайана промелькнули у меня в голове. Дверь скрипнула, и я постарался вести себя как можно непринужденнее. Ей не нужно было заходить на кухню, если она чувствовала себя некомфортно. Я поднял голову и поймал ее пристальный взгляд. Она прикусила губу и задумчиво наморщила лоб. На ней был такой же наряд, как и вчера. Джинсы и толстовка с капюшоном. Разве эта одежда не заставляла ее потеть? В квартире было чертовски тепло.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она пробормотала:
— Доброе утро, Зак.
Румянец распространился по ее бледным щечкам. Я видел, насколько она была смущена. Ее тело, казалось, застыло на месте в дверном проеме.
Я улыбнулся, надеясь успокоить ее.
— Доброе Утро, Эмбер.
Неловкое молчание повисло между нами, и я уже подумывал проскочить мимо нее из кухни, но тут в комнате раздалось тихое мурлыканье. Эмбер посмотрела вниз, на свои ноги, и я тоже. Ее черный кот потерся своим маленьким телом о ее икры, прежде чем вальсировать в кухню, будто он был хозяином этого места.
Я не был кошатником.
