Больше нигде не встречала, чтобы это было нормой: прочитать и проигнорировать, или договориться, а потом не отвечать на вызовы. Только в Корее. Оправдания, конечно, потом у него всегда есть. Но уже бесит. Пойду, пожалуй, домой… Желание встретиться с Максом убито на корню.
Не отрывая взгляда от экрана, встраиваюсь в поредевший поток. Ускоряю шаг и вдруг налетаю на мужчину, возникшего, будто из-под земли! Он ловит меня, придерживая за талию и не позволяя слететь с каблуков от столкновения. Дальше всё словно стопкадрами…
Машинально хватаюсь за крепкие плечи.
Вдох!
Волна аромата мужского парфюма дезориентирует, делая ноги ватными…
Проникает внутрь…
По инерции тел впечатываюсь скулой в его горячее лицо.
Стискивает!
Выдыхаю ему в шею…
По его коже мурашки…
Я слепну от ощущения этой нечаянно близости.
Неудобно как! Лица не вижу, мы слишком тесно прижаты. Отстранившись, вижу только суровую линию челюсти, и как движется кадык на крепкой шее от того, как он сглатывает.
– Извините… – опускаю взгляд, делая шаг в сторону.
И быстро ухожу, поражаясь себе и этим странным острым ощущениям, нахлынувшим от близости с незнакомцем.
Вечно мне что-то мерещится…
Сворачиваю в парк. При моём приближении фонари разгораются ярче, реагируя на движение. Обожаю ходить здесь в темноте. Волшебное ощущение!
В руке вибрирует телефон. Заглядываю в экран. Макс… Переключаю гарнитуру.
– Да?
– Ника, ну ты где?
– Я не дождалась. Ты не ответил.
– Я тачку заправлял… Где тебя ловить?
– Мм… Теперь в парке, со стороны Вавилова. Давай у памятника, у выхода.
– Я уже практически там.
Когда памятник мелькает впереди метрах в пятидесяти, слышу лай собак.
Подхожу ближе. От этих звуков по спине липкий пот, и животный ужас сжимает низ живота. И я бы обошла. Но они прямо на перекрёстке перед выходом из парка, куда сходятся все дороги. Два разъярённых пса на поводках у двух подростков. Подростки стравливают их и тянут назад за поводки, не давая сцепиться. Смеются…
Придурки! От возмущения у меня спирает дыхание.
У одного из псов вокруг пасти пена, и глаза навыкат. Я замедляю шаг.
– Что вы делаете?! Прекратите!!"
"– Иди, куда шла! – грубо отвечает мне один.
Сжимая зубы от злости, пытаюсь обойти стороной по газону этот беспредел, обещая себе, что нажалуюсь отцу, и он устроит их родителям! Боковым зрением сзади вижу силуэт мужчины. И с другой стороны в воротах – яркую жёлтую куртку Макса.
Вдруг собаки дёргаются, стаскивая пацанов ближе, одна хватает другую за холку. Я замираю от страха, оказываясь метрах в двух от отлетающих кубарем в мою сторону собак. Одна срывается с поводка.
