А господин подполковник в любой момент мог отдать приказ: оборудовать комнату переводчиц следящими устройствами. В целях неповторения неприятных казусов с сородичами-даганнами.
Поэтому, придя на следующий день на работу, Айями поступила так же, как и врачевательница. Но сперва обошла помещение, выискивая подозрительности. И пускай не обнаружилось ничего, мало-мальски внушающего сомнение, всё ж Айями написала краткую записку и положила перед напарницей. Прочитав, Мариаль вскинула встревоженный взгляд. Значит, не догадывалсь, - поняла Айями.
""Спасибо"" - ответила Мариаль строчкой ниже.
""Вряд ли"" - успокоила Айями, а после избавилась от улики как заправский шпион. Изрезала мелко-мелко, посчитав, что подслушивателей - если таковые имеются - может заинтересовать звук рвущейся бумаги.
Теперь переводчицы обдумывали фразы перед тем, как произнести вслух. Незначащие разговоры предназначались для чужих ушей, а важные поверялись бумаге. И на шутки Имара женщины отзывались настороженно, заставляя его недоумевать. Наверное, Имар решил, что амидарейки поддерживают смех из вежливости, а на самом деле чужеземный юмор им непонятен.
Дни текли, объем работы не уменьшался, словарный запас даганского пополнялся, а господин подполковник не возвращался. И Айями начала испытывать смутное беспокойство. Чтобы отвлечься от тревожных раздумий, не раз проигрывала в воображении сцену встречи: где и как та произойдет; что скажет Айями, а что ответит А'Веч.
И вот он приехал - как всегда неожиданно, сколько бы ни готовилась Айями, репетируя. И встречал на крыльце, затягиваясь сигаретой и выпуская дым струйкой. Как обычно, как всегда. Словно бы и не уезжал.
- Здравствуй... те, - сказала Айями, добавив окончание - не для него, а для двух офицеров, показавшихся в дверях. Чтобы соблюсти приличия при посторонних. И дистанцию.
- Здравствуй, - кивнул А'Веч. Бросив окурок на снег, отсалютовал сослуживцам и вошел в фойе вслед за Айями.
Так и следовал за ней по лестнице - тремя ступеньками ниже.
Так и разошлись в разные стороны. На втором этаже она - налево, а он - выше. Шла Айями, не смея обернуться. Но чувствовала кожей его взгляд, и нервы натянулись струнами."
"И работа не заладилась.
Чтобы увидеть его.
Потому что он сильный и надежный. А еще заботливый и предусмотрительный, пожалуй, даже чересчур. И потому что тоже рад встрече, и чтобы это понять, не нужно обладать тонким чутьем. Достаточно видеть, как он пружинисто вскакивает с тахты и ждет, замерев, когда Айями подойдет ближе.
