Полиция ничем нам не поможет; более того, они могут даже подумать, что ты причастна к этому. Они не на нашей стороне. Хуже всего то, что если мы расскажем им, что произошло, и они проведут расследование, неужели ты думаешь, что семья Де Санктис просто будет сидеть сложа руки и позволит полиции возбудить дело об убийстве против одного из их людей? Конечно, нет. Они устранят проблему, то есть нас. Думаешь, картель спокойно отнесется к тому, что мы видели, что случилось с Мигелем? Они могут захотеть получить деньги за наркотики от тебя.
Я коснулась ее руки. Ее кожа была холодной.
— У нас нет никого, кроме друг друга. Нам нужно избавиться от телефона прямо сейчас, прежде чем мне придется ехать в Ла Леонору, - сказала я ей.
Она долго смотрела на меня, закусив губу. Наконец, похоже, выиграв войну с самой собой в своей голове, Люси кивнула.
— Давай сходим на побережье, - предложила она.
Я крепче сжала ее руку. У сестер Берк, может, и дерьмовая удача, но у нас были мы. И мы переживем еще один день. Я бы не допустила ничего другого.
Глава 4
Чарли
После бесконечных двадцати четырех часов я передвигалась по Ла Леоноре, как зомби. По большей части я не возражала против работы официанткой в элитном казино. Конечно, клиенты могли распускать руки, но чаевые были отличные, а охрана исправно выгоняла нарушителей.
Когда мы росли в Доме Милосердия, нам рассказывали об опасностях азартных игр и пьянства и о том, что этот путь может привести к греховной жизни и горению в Аду. Реальность была куда менее драматичной: богатые развлекались, а бедняки отчаянно пытались поймать удачу. Сегодня не было ни святых, ни грешников. Просто обычные люди, хорошие или ужасные, какими только могут быть люди.
Этим вечером я бездумно суетилась вокруг столиков в баре «Атриум», раздавая напитки и чеки на сумму больше, чем мы с Люси потратили за всю неделю, рассеянная и измученная.
В баре сидели несколько крупных шишек, и игнорировать их громкий, раскатистый смех было практически невозможно.
— Неужели кому-то действительно нужно так громко смеяться? Кто-то когда-нибудь так радовался чему-то? - я пожаловалась бармену в середине своей смены.
Его звали Алек, и он был начинающим танцором. Как и весь персонал Ла Леоноры, он просто оплачивал счета и подрабатывал на стороне, прокладывая путь к своей мечте. В AC было полно мечтателей, которые пытались стать кем-то еще. Кем-то другим.
— Но как все узнают, что они отлично проводят время, если они об этом не сообщат? Хотя, думаю, в их случае за них разговаривает или смеется кокаин, - невозмутимо произнес Алек и вздохнул. — И только подумай, это ведь наша система правосудия.
— В смысле?
— Это комиссар Рейнольдс и судья Элленс. Посмотри, какие неприятные типы, а ведь они из команды «хороших парней».
