Маню чуть не исполосовали ножом вместе с ее пальто, меня лишь случайно не убили, и теперь мы должны… уползти? Затаиться? Мы что, хотели в это влезать? Или сами это затеяли? А Вика Терехина и Андрей Победоносцев? Они сильнее? Они-то остались при своих! А с фильмом, между прочим, Андрей меня подставил…

— Это не имеет значения, — сказал Филипп сдержанно. — Если тебе от этого будет легче, считай, что они победили. Хотя о роли Вики Терехиной я вообще ничего не знаю, а о роли твоего бывшего мужа только догадываюсь.

— Они — никто, Саша, — сказал Иван. — Исполнители.

— Хороши исполнители! — возмутилась Лада. — Андрея вчера замом генерального назначили. За красивые глаза, что ли?

— Забудьте о них, — приказал Филипп. — Займитесь чем-нибудь полезным. Придумайте, где мы все вместе съедемся летом во время отпуска, и начинайте планировать, сколько вы возьмете платьев. Кажется, именно этим занимаются порядочные замужние женщины?

Иван засмеялся, а Александра посмотрела на Филиппа с презрением и жалостью.

— Это в ваших Европах они этим занимаются, — сказала она. — И вообще ты-то как оказался во всем этом, муж мой?

— Я поинтересовался, где моей жене прострелили рюкзак, — помолчав, непонятно объяснил он. — И зачем. И получил ответы на большинство вопросов. Вот только про пакет ничего не знал.

— Значит, все… — сказала Лада задумчиво. — Сушите весла. Будем продолжать нормальную жизнь и зализывать раны.

— Да, — сказал Филипп, — до поры до времени. Так говорят, Алекс?

— А что потом? — спросила Александра.

— А потом… я скажу — что, — невозмутимо ответил он. — Все ясно или еще есть вопросы?

К машине — ярко-алой щегольской «Хонде» — вышли пятеро. Среди них и она.

Не слишком удобно — ее то и дело закрывали чужие спины. Но попробовать стоило, потому что высокий мужик в распахнутой новенькой куртке был, как он узнал накануне, какой-то бывший политзаключенный или военнопленный, и убийство девахи расценили бы как попытку покушения на него, этого высожара. Ну, промазал снайпер!.. Он улыбнулся.

Он даже вспомнил — раньше тот мужик вел программу по первому каналу. Она ему нравилась.

Сейчас он пристрелит девку, и все подумают, что стреляли в телевизионщика. Кому нужна эта дуреха!

Все проверено и просчитано. Не с первого выстрела, так со второго, но он ее уложит. И позвонит, и доложит, что дело сделано. Надоело за ней таскаться: то в больнице лежала — интересно, кто это ее порезал? — то за забором в санатории сидела, оттуда уходить — хуже не придумаешь.

Он подул на руки — такая у него была примета — и слился с оружием. Сейчас, сейчас… Еще секундочку…

— Так вы правда завтра улетаете? — спросила Лада.

— Никуда мы не улетаем! — уверенно отозвалась Александра.