Целует жадно, голодно, страстно. Напористо! Аж дыхание перехватывает, ноги подкашиваются. Уперевшись одной рукой в его грудь, второй залезаю под боксеры, касаюсь каменной эрекции. Всего мгновение и мое платье оказывается у наших ног.
— П*#дец, — рычит мне в губы, которые горят огнем от его поцелуев. — Маш, ты решила меня с ума свести?
Он разглядывает меня. Мое белье, чулки… Которые, бог знает, когда я носила в последний раз.
Я углубляюсь, трогаю его ствол. Виктор издает стон, когда я, касаясь основания, нежно провожу рукой до самой головки.
— Нравится? — шепчу ему в рот, глядя в затуманенные от возбуждения глаза.
— Мне… Нравится все, — очередной то ли стон, то ли рык, — Все, связанное с тобой.
— Верю, ага, — дразню, повторяя свои движения и одновременно целую его грудь, ключицы, шею. А он, закинув голову, снова тяжело и шумно сглатывает.
— Маш… — грудь его вздымается. — Маш, умоляю…
— Умоляй.
— Маша, — положив обе ладони на мою талию, резко приподнимает. Я невольно вскрикиваю и в следующий момент обвиваю его торс ногами, крепко обнимая его мощную шею.
— Нет, подожди, — я не знаю, в какой момент оказываюсь лежащей на кровати. Виктор избавляется от своей одежды за считанные секунды.
— Не испытывай мою выдержку на прочность. Я столько лет об этом мечтал, — хриплый голос действует на меня как вибрация. Тяжесть его тела придавливает к матрасу. Сжав в руке прядь волос, тянет назад, тем самым открывая полный доступ к шее. Целует, опаляет кожу жаром.
— Вик…
— Ч-ш-ш-ш… — скользит ниже — к ключицам, груди, животу. Целует каждый сантиметр, а потом, я, поняв, что он хочет сделать, зарываюсь пальцами в его волосы, тяну их и издаю жалобный стон.
— Виктор… Не надо…
Он приподнимается. Умелыми руками избавляет меня от бюстгальтера, и снова разглядывает. Хреновая у него привычка. Как тогда, пять лет назад, жадно впивался глазами в мое тело, так и сейчас. Будто впервые видит…
Он, сжав мои запястья, поднимает их над головой и снова начинает целовать. Губы, шея, грудь…
Срывает из горла стон за стоном.
Я чувствую его эрекцию на своем животе. Чувствую, как он хочет меня — каждое его прикосновение буквально кричит об этом. И я… я просто сдаюсь. Расслабляю мышцы и поддаюсь мужской ласке, которой мне давно не хватало.
— Я тебя очень сильно люблю, Маша… — выдает он мне прямо в рот. Сглатывает, затем продолжает хрипло: — Я после того, как вновь встретил тебя, каждый божий день молюсь, чтобы ты осталась в моей жизни навсегда. До последнего вздоха.
— Все зависит от тебя, — немного подумав, отвечаю шепотом. — Я никогда тебя не предавала. Уехала я не по собственному желанию, поверь.
Он кивает. Зажмуривается, и снова шумно сглатывает.
— Знаю. Во всем виноват я.
