Его ладони легко скользят от предплечий к животу и накрывают грудь. Валиев знает мои слабые места. Как он сказал? Помощник растёт?
Стоит мужским пальцами слегка сжать холмики, как дыхание сбивается, грудь моментально реагирует, наливается и тянет, желая большего. Саид оставляет дорожку лёгких поцелуев до самой шеи, прикусывает бешено бьющуюся артерию, языком перехватывает мочку и посасывает.
— Официант может прийти, — вздыхаю, пытаясь сдвинуть его руки со своей груди."
"— Пока не позовём — не придёт, — отвечает томно, и одна его рука ползёт вниз. — Или ты уже хочешь большего?
— Мы на это не договаривались, — протестующе останавливаю, продолжая сидеть к нему полубоком. Пялюсь на реку и сдерживаю порывы.
— На что? На то, что я буду тебя соблазнять? — Саид надавливает прямо на торчащую вершинку, заставляя подавиться воздухом от острой жгучей искры возбуждения. — В отличие от тебя, я признаю свои слабости.
Сама себе обещаю, что не поддамся на его уловки. Выдержу любой натиск. Закусываю губу и жду. А Валиев как-то внезапно прекращает соблазнение. Поворачиваю голову, попадая в плен его насмешливого взгляда. Мужчина тянется к бокалу с напитком и пьёт. Вроде как всё ещё обнимает, его ладонь на моем животе. Но на этом всё.
Раздражённо отворачиваюсь. Он просто испытывает моё терпение. Нельзя поддаваться на провокации.
— Знаешь, что я загадаю, если ты проиграешь, куколка? — хрипло выдыхает прямо в ухо. Заставляет напрячься. Опять!
— Догадываюсь, — фыркаю, закатив глаза.
— Тебе тоже понравится, — его губы смещаются к шее. Ёжусь, но отвожу в сторону голову, открывая больше пространства. — Сдавайся, детка. Ты уже проиграла.
Рывком к себе разворачивает. Вскрикнув, цепляюсь за плечи, боясь скатиться. Он задирает подол платья и, перекинув мою одну ногу, сажает на себя. Упираюсь коленями в мягкую сидушку и возмущённо смотрю на Саида. Он накрывает мои губы поцелуем. Языком напористо в рот толкается. И притягивает к себе, заставляя прочувствовать его эрекцию. Сама крепче обнимаю за шею, корябаю ногтями.
Саид жадно сминает губы, ладонями бока стискивает и комкает платье, задирая выше и выше. Вздрагиваю от прикосновений к голой коже бедер. И прерываю поцелуй.
— Завелась, — шепчет с ироничной улыбкой, продолжая гладить бёдра и ягодицы.
— Совсем нет, — жмусь к нему теснее, хотя мне совершенно точно не холодно. Даже жарко, я б сказала. Возбуждение свинцовой тяжестью давит на низ живота. Пульсирует во мне, разнося желание по венам.
— Проверим?
Не успеваю остановить, его пальцы давят на складочки поверх белья. Скользят и толкаются. Разжигают пожар внутри, всю выдержку в клочья разрывают.
— Ты попалась, куколка, — довольный ухмыляется, выпивая стон.
