Если я правильно понял, вы хотели дополнить данную информацию и ответить на вопросы, так?
— Да, именно так, — кивнул я и грустно улыбнулся. — Только во всей этой истории появился один нюанс.
— Какой? — Вячеслав Петрович немного напрягся и выжидательно смотрел на меня.
— Есть вероятность, что в ближайшее время я могу уехать.
— Александр Фёдорович, вы меня без ножа режете, — выдохнул Гладышев и обессиленно откинулся на спинку кресла. — Как же так? Вы же только недавно переехали в Ярославль.
— Я пока не могу огласить все подробности, но обязательно введу вас в курс дела, как только это станет возможным, — уверил я его. — А пока работаем по утверждённой схеме, в понедельник всё, как договаривались.
— Я вас услышал, Александр Фёдорович, — кивнул Гладышев, пытаясь прийти в себя после такой новости. — Значит в понедельник здесь в три.
— Да, хорошо, — ответил я и пошёл собирать свои плакаты обратно в тубус. Вячеслав Петрович ещё раз тяжело вздохнул, поднялся с кресла и направился к выходу.
Домой я ехал устав, как никогда и чуть не заснул в такси. За выходные надо подготовиться ко второму и возможно (точнее я надеюсь) заключительному этапу вброса полезной информации лекарям клиники. Желательно сделать так, чтобы они относительно уверенно начали это применять на практике. Надо будет ещё подготовить кое-какие дополнения к набору плакатов. Поручу это дяде Вите, он этим занимался с удовольствием. К тому же, пока будет рисовать, отвлечётся от всяких там дурных мыслей, так что двойная польза.
Приехал домой, поставил тубус в угол в прихожей, повесил пальто и шляпу и прямо как был в сюртуке рухнул на кровать. Уже начал погружаться в сон, как вдруг услышал голос мамы.
— Саш, ты спишь?
— Почти, — пробормотал я, не открывая глаз.
— Лучше не спи уже, у нас сегодня семейный выход, все уже замучились дома сидеть, как в тюрьме. И повод хороший есть.
— И когда выходим? — вяло спросил я, с трудом борясь со сном и проигнорировав последнее утверждение.
— Примерно через час, — ответила мама. Пойди лучше чаю попей, взбодрись. Там меренговый рулет для тебя оставили, а штрудель закончился, я не успела уследить.
— Рулет тоже хорошо, но только через пол часика хотя бы, ладно?
— Ладно, разбужу тебя, — неохотно согласилась мама и закрыла дверь. А я провалился в небытие."
"Через сорок минут я сидел в гостиной за столом и ковырял вилкой вкуснейший меренговый рулет, всё ещё слабо понимая, что я делаю. Перед тем, как мама меня достаточно бесцеремонно разбудила, снился сон, что наша клиника разрушена почти под ноль, как после попадания мощной авиабомбы. Какое тут про ремонт договариваться, здесь построить клинику заново будет стоить дороже, чем на пустыре, сначала надо демонтировать руины и вывезти хрен знает сколько мусора.
