Вот и полетел вниз, как лебедь подбитый, хотел этой рукой упереться, чтобы лицом в пол не прилететь. Теперь болит всё, двигать не могу.
Понятно. Почти. Скорее всего не только вывих плеча, о котором я сначала подумал, а ещё и перелом шейки плечевой кости, лучевой кости в типичном месте, что бывает при падении с упором на руку. Сканировать переломы я пока не научился, так что припашем к процессу Виктора Сергеевича, который опять сидит хихикает с книгой в руках. По результатам обследования мои предположения оказались верны на сто процентов.
— Кать, а ты сможешь руку полностью отключить? — спросил я, планируя последовательность манипуляций с покалеченной при спасении котика конечностью.
— Этому нас не учили, — пожала сестрёнка плечами. — Я не умею.
— Тогда самое время научиться, — улыбнулся я. — Уверен, что ты справишься. Ты же можешь действовать направленно, в глубину?
— Ну можно попробовать, ты только скажи конкретно, что нужно сделать, а я попытаюсь.
Я показал ей направление воздействия, если положить руку ладонью над ключицей. Именно там находится плечевое сплетение, которое иннервирует всю конечность. Если она заставит его онеметь, то я спокойно могу заниматься всеми проблемами в руке. В частности, вывих плеча, чтобы дополнительно не травмировать связки. Обычно ммы погружали пациента в кратковременный наркоз. Это гораздо гуманнее, чем вправлять под местной анестезией. И не больно, и повреждений меньше, когда мышцы полностью расслаблены.
Катя немного попыхтела, пытаясь выполнить моё задание, но в итоге у неё всё получилось, рука полностью онемела и расслабилась. Теперь мой черёд попотеть, это вам не плюсневая кость.
Глава 7
Всю ночь мы пахали, как рабы на галерах. Поток пациентов не иссякал до самого утра. Естественно с некоторыми сложными случаями я уже не справлялся. К работе подключился не только Юдин, но и Виктор Сергеевич, на всех хватило. Катя успевала восстанавливаться, а я уже не успевал. За эту ночь я многие «заусенцы» счистил и дар раскрылся очень даже неплохо, но, как всегда, хочется лучшего. Но, я теперь это твёрдо знаю, ни серебряный, ни тем более золотой амулет я для ускорения развития использовать не буду. Всего можно достичь упорным трудом и не надо торопиться таким дорогим для себя способом. Один раз Саша Склифосовский уже поторопился, достаточно. На худой конец хирургию ещё никто не отменял и пациенты, которым я сначала зашивал раны, а потом заживлял, остались довольны. Так что работаем, ребята!
Что смена закончилась, я понял, когда в манипуляционную зашли родители. Мама посмотрела на меня, побледнела, потом взяла за руку и потащила прочь из кабинета.
— Саша, ну ты совсем сдурел? — гневно, но с комом в горле высказала она, ведя меня за собой, как маленького, за ручку.
