Хотя у тебя с этим все в полном порядке.
— И это ты мне мозги не полоскаешь, — мрачно усмехнулся мужчина. — Брось свои штучки, Шаурина, на меня это не действует, я тебя сам до смерти заговорить могу. Знаешь же.
— Пора уже жить для кого‑то, — не отступала жена друга, но и не настаивала сильно. Говорила в самой нейтральной тональности, чтобы не разозлить.
— Ага… Шура, вставлю себе золотые зубы и женюсь! Ей — богу женюсь, честное, благородное!
— Я серьезно. Хорош Паниковского изображать.
— А уж я как серьезно! Разве такими вещами шутят? — делано изумился он и скрестил руки на груди.
— Лёня, я тебя давно знаю. Мы с тобой разные ситуации разгребали…
— Предисловие можно пропустить. Переходи к сути, — небрежно бросил он.
— Начистоту.
— Разумеется. Послать я тебя не смогу при всем желании.
— А хочется? — Юлька поерзала и уселась плотнее.
— Да еще как. Тебе просто везет. Но это раз только. Больше сдержаться не смогу, — откровенно снисходительно улыбнулся он, подтверждая ее мысль.
Отчего‑то верилось, что у нее и правда один единственный шанс высказать свое мнение напрямую, больше он ее не послушает и говорить на эту тему не позволит.
Юля собралась с мыслями и вздохнула, отбрасывая шелуху красивых слов, что приготовила для убеждения Лёни. Раз уж ей представилась возможность быть откровенной — нужно воспользоваться ею в полной мере.
— Короче, — решительно начала, — у меня вообще свой корыстный интерес. Мне не нравится, что у моего мужа есть друг, который таскается по бабам, — сделала паузу. — У которого — между первой и второй можно трахнуть целых шесть. Мне вот это вообще не нравится.
Лёня не донес сигарету до рта, посмотрела на Юлю, наверное, впервые так пристально за эти несколько минут.
— И это правильно. Мы, мужики, «таскающиеся по бабам», — произнес самым язвительным тоном, — такие и есть — всех женатиков с верного пути сбиваем. Слово за слово и поехали.
Юля сначала хотела возмутиться, потом решила проглотить эту невеселую иронию. Конечно, Лёнька защищается. Сразу в позу встал, кому такое заявление понравится.
— Поэтому я хочу тебя женить. И как можно скорее. И желательно на Танюхе.
Лёня глубоко затянулся. Не стал сразу отпираться, только чуть дернул плечом, словно согнал надоедливую муху.
— Ты слишком высокого обо мне мнения, — скупо заметил.
— Я нормального о тебе мнения. А чего ты ждешь — что Таня встретит кого‑нибудь посмелее, и он мигом запудрит ей мозги? Что она влюбится?
— Гм, — злорадно гмыкнул он, затягиваясь, — спрячь за высоким забором девчонку — вынесу вместе с забором.
Юлька расхохоталась.









