Моих детей. Мое сердце.

Посмотрев на Дебена, Генриетта заметила пульсирующую у него на виске жилку. Очень быстро пульсирующую. При этом он столь пристально взирал на нее, будто мысленно заклинал принять предложение.

С другой стороны, если она откажет, то выставит его дураком.

Закрыв глаза, она склонила голову. Более всего на свете ей сейчас хотелось наклониться, обхватить его лицо руками и посоветовать как следует все обдумать. Если его решение не изменится, пусть сделает ей предложение еще раз через пару дней, но уже с глазу на глаз.

За это время она тоже обдумает, сумеет ли всю жизнь справляться с подозрениями о том, где ее муж и чем занимается, всякий раз как они будут не вместе.

Несколько мучительно долгих секунд все присутствующие в комнате, казалось, не осмеливались даже дышать.

— Он никогда не будет хранить тебе верность, курочка, — нарушил молчание Ричард. — Заставит тебя страдать.

Да. Она уже смирилась с тем, что так или иначе Дебен разобьет ей сердце.

Но если она откажет, он, без сомнения, сделает предложение кому-то еще. Генриетта знала, как больно представлять его в объятиях другой женщины.

Согласившись, она по крайней мере будет уверена в том, что он всегда будет возвращаться к ней, устав от временных интрижек.

— Напротив, — пылко возразил лорд Дебен. — Я буду хранить верность до гробовой доски, ибо нашел женщину, достойную этого.

Все присутствующие одновременно ахнули.

Открыв глаза, Генриетта снова посмотрела на него.

— Вы… в самом деле имеете это в виду?

— Разумеется, он не имеет этого в виду!

— Ричард, помолчи, пожалуйста. Если ты не считаешь, что на меня стоит тратить усилия, это вовсе не означает, что я ничего не стою. Серьезно ли говорит лорд Дебен или нет, я собираюсь ответить ему согласием.

Она просто не могла позволить себе упустить такую возможность. Пусть он и предлагает ей стать его женой, руководствуясь ложными побуждениями, и, возможно, никогда не сделает ее счастливой, все же есть шанс, что этого не случится.

— Слава богу, — сказал Дебен, поднимаясь на ноги. — Вы представления не имеете, как неудобно стоять на коленях в вечерних бриджах. Я уж испугался, что, препираясь с вашим другом детства, вы обо мне совсем позабыли.

«Что за глупость, — мысленно возмутилась Генриетта. — Как будто кто-то или что-то может заставить меня забыть о нем!»"

"Тем не менее слова лорда Дебена оказали на нее, да и на остальных, положительное действие. Они нивелировали ее отношения с Ричардом. В действительности они никогда друг друга не любили, лишь выросли вместе и едва не согласились заключить союз, который обернулся бы для них полной катастрофой, зато обрадовал бы их семьи. Ричард это тоже со временем осознает, хотя сейчас казался чрезвычайно разгневанным.