— Тогда я прямо сейчас, вот в таком виде, отвезу тебя к Довлатову. Пусть он возьмёт с тебя долг. Отдашь ему.

Этот мерзкий шантаж вызвал во мне бурю негодования. Только выплеснуть я его не могу, потому злилась молча, продолжая мешать ему снять с себя бюстгальтер. В то же время жутко испугалась. Только не Довлатов…

— Снимай, — повторил Реутов, сверкнув глазами.

Он отпустил меня и отошёл на шаг назад, дав мне возможность снять бельё самой. Дрожащими руками стянула лямки с плеч и по очереди освободила руки от лифчика. Потом… Не знаю, что на меня нашло. Сняла бюстгальтер с груди и кинула его в лицо Реутова.

— Подавись. Ненавижу тебя! — прозвенел мой голос на всю комнату.

Предмет гардероба упал на ковёр возле нас. Карие глаза, полные ярости, уставились на меня в упор.

5.

Он смотрел на меня несколько секунд, а я успела за это время похолодеть и покрыться новыми мурашками. Реутов меня сейчас убьёт просто… голыми руками! Что я натворила? Разве можно так себя вести с таким мужчиной? Что он со мной сделает теперь?

Додумать не успела. Влад подошёл ко мне и схватил за краб на волосах, заставляя смотреть ему в глаза и не давая отвернуться.

— Ты сама поняла, что ты сейчас сделала? — прорычал он, точно зверь.

Молодец, Лена, ты его взбесила!

— Извините, — пролепетала в испуге. — Я не должна была…

— Ты не понимаешь, во что ты вляпалась, — продолжил он говорить мне в лицо. — Поехали.

Он переместил руку мне на шею и заставил пойти вперёд.

— Куда? — осмелилась спросить я.

— К Довлатову. Пошла вон с моих глаз!

— Дайте одеться, — стала я упираться, едва мы приблизились к двери.

— Нет, ты поедешь так, — отрезал Реутов. — С голыми сиськами. Он оценит.

Влад приоткрыл дверь и крикнул в проем:

— Ребят, машину готовьте! К Довлатову поедем.

Дверь снова захлопнулась, чтобы верные солдаты не увидели раньше времени моё обнаженное шоу.

— Нет! — громко сказала я, пытаясь провернуться к нему.

Сильная рука продолжала держать меня за шею и не давать и с места сдвинуться.

— Пожалуйста, не надо, — попросила я, и хватка на коже ослабла.

— А что такое? — поднял брови вверх Влад. — Тебе не нравлюсь я. Если тебе нравится он, так и скажи!

— Нет, — неосознанно вцепилась в его руку дрожащими пальцами. — Я прошу прощения. Позвольте мне остаться.

От унижения из глаз сами собой потекли слёз. Но что я могу поделать, если у меня пока не получается справиться с собой? Все против меня!

— Убери свои слёзы, — брезгливо сморщился Реутов. — Терпеть не могу ноющих баб. Не я тебя в эту ситуация загнал.

И не я! А Дима… Хотелось сказать ему, но я усвоила урок, что язык лучше прикусить при нём. Этому мужчине меня нисколько не жаль.

— Не отвозите меня к Довлатову, — попросила я.