Я имею в виду дело о покушении на гражданина Перелеса.

Эрик уже понял, к чему все это время клонил Кузнецов. И у него, и у самого прокурора не все ладно с законностью. А сам Эрик знал Алика, и в деле о покушении на него мог копнуть так далеко, что, возможно, слетели бы чьи-то головы. Поэтому прокуратура и насторожилась, потому и решила заключить с ним пакт о ненападении.

– Я все понял... Но что это за вор, о котором вы все время говорите?

Что ж, он готов был заключить такой договор исключительно в интересах дела. Да и какой смысл вытаскивать на свет петропольское болото, если и без того дел выше крыши. К тому же и не его это компетенция...

– Ну, может, вы слышали о таком... – замялся прокурорский. – Гражданин Касатонов.

– Ну конечно, слышал! – кивнул Эрик. – Он в свое время еще с черняховской братвой воевал.

– Ну, вот видите, и вам знакома наша специфика... – натянуто улыбнулся Кузнецов. – Кстати, ваш друг Перелес помог Касатонову тем, что расправился с черняховскими авторитетами... Но, думаю, к нашему делу это не имеет отношения...

– Имеет, не имеет, а я бы хотел увидеться с Алексеем...

Именно этого и не хотел Эрик. Но Алик мог рассказать ему про Игорька. К тому же он ранен... Как не проведать друга, пусть и бывшего.?

– Полгода в коме, говорите?

– Да, да, полгода... Врачи не давали никаких гарантий, но все-таки он выкарабкался.

– В какой он больнице?

– В первой городской.

– А с делом о покушении на его жизнь я могу ознакомиться?

Эрик собрал всю имеющуюся информацию на Игоря Веткина, снял копию с его старой фотографии, копию с дактилоскопической карточки. А за добавкой к скупым, в общем-то, сведениям отправился в горбольницу.

Но Алика он там не нашел. Оказывается, его выписали месяца два с половиной назад. Там же, в больнице, он узнал адрес его жены, Екатерины Аркадьевны...

Из больницы он прямиком отправился по этому адресу, но консьержка объяснила ему, что Алик уже месяц как не появлялся здесь.

– И куда он мог пропасть? – спросил у женщины Эрик."

"– А черт его носит куда-то, кобеля... По бабам гуляет, никак не успокоится. Чуть не убили черта, а все равно кобелирует...

Консьержка прикусила язык, заметив, что в подъезд зашла женщина.

– Что, Дементьевна, все косточки моему перемываешь? – с упреком и пренебрежением спросила она.

Консьержка в полемику вдаваться не стала и, поджав хвост, исчезла в своей каморке.

– Катька?!

Эрик узнал женщину, хотя помнил ее совсем девушкой.

Катька и раньше следила за собой, а сейчас она выглядела как дорогая конфетка в фирменном фантике. Ухоженная от и до, деловой костюм сидел на ней без малейшего изъяна. Держалась она гордо, но непринужденно, как уверенный в себе человек, привыкший быть в центре внимания. Фигура не сказать что идеальная, но и лишнего жира вроде бы не было. Бодрая, подтянутая...