Грубо, развел ноги в стороны, подхватывая под коленями и всматриваясь в его темноту, которая исказилась триумфальной яростью, сплетенной с адским возбуждением.

Наклонился к моему лицу, жадно вылизывая, как зверь мои слезы и тут же врываясь членом в меня так глубоко, что я снова закричала. Рывок плоти внутри меня, и я застывшая с широко распахнутыми глазами, охваченная пламенем удовольствия ощутить его в себе. Остановился, сдавил мои колени ладонями и подался вперед, упираясь руками в пол, глядя куда-то мне за плечо.

— Сукаааа, — стискивая зубы, — давай говори.

Скажи трахни меня. Я заплачу и за

Это. Говори!

Захлестывает злостью и возбуждением, захлестывает дикой обидой и тоской. Ее узнал… ее! А меня нет. Ревность к самой себе. И понимание, что вот он апокалипсис и это конец всему. Впилась пальцами ему в плечи и подалась вверх, ощущая в себе его мощь.

— Трахни меня! — хотела добавить «Волк», но он заткнул мне рот поцелуем и жестоко толкнулся так глубоко, что я застонала, но он цепко держал мой рот своим, вбивался в него языком, терзал мои губы, вколачиваясь в меня на бешеной скорости.

Двигается все сильнее, быстрее, яростнее. И меня снова накрывает, неожиданно быстро и сильно накрывает оргазмом. Его имя выдохом ему в рот. Проглотил, сдавил мои ягодицы и резко вышел из меня, придавливая всем телом и содрогаясь с хриплым воплем извергаясь мне на живот.

Секунды тишины… Секунды, чтоб меня захлестнуло разочарованием, а его тихой ненавистью.

Приподнялся на руках.

— Просто шлюха… жалкая, дешевая шлюха. Кто заплатил, чтоб влезла в мой дом?

Молчу, глотая слезы, всматриваясь в окаменевшее лицо, высеченное не из гранита, нет.

Из льда.

— Никто…

Встал с пола, вытираясь собственной рубашкой, отшвыривая ее в сторону. Натягивая штаны.

— Я спрашиваю кто тебя нанял и кто заплатил за этот спектакль? Пока что спрашиваю по-хорошему.

— Никто не платил… я сама.

— Что сама?

Я встала с пола, натягивая на себя смятую, порванную блузку, трусики и юбку. Быстро, лихорадочно. Когда оделась, сделала шаг к нему, но он вытянул руку в предостерегающем жесте.

— Не лги и с тобой ничего не случится. Скажи правду и выйдешь отсюда целой и невредимой.

— Я не лгу!

— Как ты попала сюда?

— Прочла о вас в газете.

— В какой?

— Не помню. Я увидела ее на остановке. Мы с … с сыном убегали от того ублюдка, и я прочла.

Захар отошел к шкафчику возле стола, достал оттуда графин с виски, жадно пригубил и сделал несколько глотков с горлышка.

— И? что дальше? Пришла и решила остаться? А что с языком слепых?

— Вы… вы показались мне особенным… вы мне показались не таким как все.

Ухмыльнулся. Страшный, опустошенный, похожий на призрак себя самого.