— А я ведь живой…
— Надеюсь, теперь тебе полегчало, — процедила я, выкручивая пробку из горлышка.
— Ты никогда меня не понимала, — упрекнул он меня в ответ. — Ты и сейчас даже попытаться понять меня не желаешь. А, по-твоему, это легко, когда твоя жена тебя… — Славик осёкся, помолчал, но всё же договорил. — … командует тобой.
От удивления я сморгнула и не нашлась, что ответить, а он, решив, что на верном пути, бойко продолжил:
— Да-да, ты командуешь, помыкаешь, раздаёшь указания. Ну ты, конечно, ловко маскируешь свои приказы под просьбы… тю-тю-тю, дорогой, сделай то, сделай это… Но я-то вижу эти твои манипуляции.
Вот это была бессовестная ложь! Сроду ему ничего не приказывала и не навязывала.
— И когда это я командовала? Наверное, когда твердила тебе каждый вечер: «Славик, дорогой, вкрути в прихожей лампочку?». Или когда просила вынести мусор?"
"— О! Вот оно, в этом вся ты! Вижу этот взгляд! — Он аж подскочил с дивана. — Это прям в твоём духе: унизить, показать, что ты выше… Ну, конечно, ты же у нас начальница, а я так… пешка… Даже лампочку вкрутить не в состоянии.
— Какие глупости ты говоришь!
— Да так и есть! Если хочешь знать, то наш брак развалился не сейчас… Ты же сама меня, считай, подтолкнула на измену.
— Я?!
Ну, приплыли!
— Потому что ни один нормальный мужик такого отношения не потерпит! — кипятился Славик.
— Какого — такого?
— Наплевательского! Тебе же плевать на меня, плевать на моё мнение… Тебя кроме карьеры ничто не волнует.
5
Славик завёлся не на шутку. Его буквально прорвало.
А я сидела и думала: ну и зачем я всё это выслушиваю? Если бы он не изменил мне, тогда — да, я бы слушала, расстраивалась, рыдала, винила себя, может быть…
Но его измена эти упрёки лишила всякого смысла. Больнее, обиднее и горше мне уже не будет.
Я молча поднялась, прошла в прихожую. Надела сапоги, пальто.
Славик сначала кричал из комнаты, потом тоже выскочил.
— Ну и куда ты?
— А тебе не всё равно? — глухо отозвалась я.
Как удобно, что сумка оказалась собрана.





