На полу же валялась разбитая фарфоровая кукла, выглядевшая так, словно ее долго били о стенку. Такое ощущение, что в комнате царил ураган. Это впечатление усугубляли изморозь на стенах и наметенные по углам сугробы. Совершенно ясно, что в детской не жили уже очень давно.
— Это была ее комната, — многозначительно проговорила Ингрид.
— Должно быть, Еве было здесь очень плохо, — вдруг тихо, но отчетливо сказала Алиса.
Ингрид взглянула на нее с гневом.
— Ты ничего не знаешь, девчонка! — зло прошипела она. — Эта девочка просто сошла с ума. Взбесилась. И ее надо уничтожить, как уничтожают бешеных собак. Да, именно так!
— И вы хотите, чтобы мы это сделали, — Криш, как всегда, говорил абсолютно спокойно. — Мы это поняли. Допустим… только допустим, что мы послушаемся вас. Но что будет после этого с нами?
— У меня есть самолет. Маленький легкий самолетик, — глаза Ингрид нездорово сверкали. — Я отдам его вам и позволю улететь отсюда — туда, куда вам вздумается.
— Щедрое обещание, — согласился Криш. — Вот только можно ли ему верить?
— А у вас есть выбор? — она засмеялась. — Ну да, совсем забыла! Хотите договориться с маленьким чудовищем? Ну что же, пытайтесь! В этих коридорах еще полным-полно места для ледяных изваяний! Что бы вы о себе ни думали, запомните, договориться с девчонкой невозможно!
Олег посмотрел на Алису. Девушка смотрела на разорванный в клочья мячик. Кажется, и она наконец поняла, что Ева — абсолютное зло. Идеальное, потому что скрывается за личиной маленькой беззащитной девочки, априори вызывая к себе жалость и не брезгуя играть на этом чувстве.
— Вы правы, — равнодушно согласился Криш. — Выходит, нам остается полагаться на ваше слово. Вы как истинная арийка даете это слово?
— Даю, клянусь будущим моего народа, — ответила Ингрид.
— Вот и договорились, — Криш, повернувшись, вышел из комнаты.
А Олег замешкался. Он бы не стал ей так верить. Еще вопрос, кого валькирия считает своим народом. Немцев? Мохнатых йети? А может, таких же, как она, изуродованных «усовершенствованием» детей? И есть ли у ее народа вообще это будущее?
Но сейчас было не до споров. Не место и не время. Где-то здесь, совсем рядом, бродит Ева. Она наверняка следит за ними и уже поняла, что ее обманули. Почему же девочка бездействует? Почему они до сих пор живы?..
Когда Олег покинул детскую, остальные уже вошли в соседнюю комнату. Это, без сомнений, был кабинет. И странно, здесь все находилось в идеальном порядке, а к бумагам на большом черном столе, занимающем полкомнаты, никто давным-давно не притрагивался — на них лежал плотный слой инея.
Ингрид сосредоточенно искала что-то в ящиках стола, но когда Криш попытался взять со стола какую-то папку, тут же это заметила.
— И не думайте! — заявила валькирия.
