Правда, не мог знать Якимов, что тщедушный на вид Савельев – признанный в своем районе самбист.
– А из-за чего у вас произошел конфликт? – спросил Стас.
– Он бульдозерист в стройуправлении. Зарабатывает хорошо, и как получка – начинается покорение Ермаком Сибири. Напивается и идет безобразничать в женское общежитие. К женщинам, видишь ли, Якимова влечет во хмелю. Я его еще в прошлом месяце предупредил: хоть одно заявление – и схватка будет переведена в партер…
– И, как я понимаю, заявление вчера поступило?
– По телефону. С воплями. На этот раз Якимов запер комендантшу общежития в стенном шкафу, а сам направился, заметьте себе, в душевую. По-моему, там в окошках полопались все стекла. От дамского визга. А потом приехал я, и все остальное тебе уже известно.
– Прекрасная история, – сердито хмыкнул Стас. – Не понимаю только, какое она имеет…
– …отношение к твоему делу? Самое прямое. Пять лет назад Якимов был осужден за нанесение тяжких телесных повреждений. Мне как-то и в голову не приходило посмотреть – что именно у него произошло тогда. А вчера я с ним занялся плотнее, посмотрел справку по его делу. Вот тут и прояснились некоторые подробности. Оказывается, в тот раз, будучи, как пишут в протоколах, в состоянии сильного алькогольного опьянения, он пристал на улице к совершенно незнакомому человеку и без всякого повода ударил его длинной, заостренной на конце отверткой. Теперь понимаешь?
– Н-да, интересно…
6
Тихонов с сожалением отодвинул на край стола томик уголовного дела о хулиганстве Якимова. Очень, очень заманчивая напрашивалась аналогия… Вышел он на свободу недавно – и вот опять начал гастролировать. Не его ли работа – убийство Аксеновой? Способ нападения, во всяком случае, такой же. Но всю неделю Якимов работал вечерами. Да и приметы его отличаются от примет парня, которого видели Евстигнеева и Лапина. Все же на всякий случай надо поточнее проверить, где был Якимов в понедельник вечером.
Зазвонил телефон.
– Тихонов.
– Але, Тихонов, Демидов говорит.
– Да-да, Иван Михалыч, слушаю.
– Сейчас со мною снова ехал парень, про которого ты спрашивал, тем же рейсом…
Стас неожиданно охрип:
– Где он?
– А кто его знает? На Цветном, у цирка, из автобуса вышел. А сел здесь же, у «Байкала», из чемоданчика книжку достал и читал всю дорогу.
– Ах, черт возьми! Что же ты его не задержал?!
– Так откуда я знаю – задерживать его или нет? У нас такого уговора не было. Ты ж позвонить, в случае чего, просил…
– Это верно, – сказал с досадой Тихонов. Подумал переспросил:
– Тем же рейсом, говоришь? И с той же остановки?
– Двадцать тридцать семь. От «Байкала».
Тихонов подумал еще немного:
– Тогда вот что, Иван Михалыч. Завтра в это время мы с тобой поедем. Если парень войдет в машину, ты мне знак подай…
– Ладно.
