Впрочем, подобный «сердобольный» поступок входит в кодекс хорошего тона на Туманных дорогах. Однако есть там места, где и десяти путников за месяц не пройдёт. И, уснув там, даже в Марево не попадёшь.

Говорят, такие неудачливые путешественники со временем всё-таки перерождаются. Но остаются на Туманных дорогах навсегда, вечно ухаживая за здешними столбами. С другой стороны, тех, кто считает эти слухи чушью, тоже хватает…

Муся и Бизон тащили отряд по Туманным дорогам не просто долго, а очень долго. Под конец им даже пришлось самим нести Веру на руках. Девочка просто стала засыпать на ходу. Ну а грозные взгляды Игоря, Растрёпы и Эрина живо напомнили здоровякам, кто настоял на варианте «без остановок»."

"Правда, два бородача и не подумали расстраиваться. Как сказала Растрёпа, сил в них ещё больше, чем дури. Ну а дури — больше, чем воды в Упорядоченном.

И действительно. Что Бизон, что Муся топали вперёд, поочерёдно таща Веру и, кажется, не зная ни усталости, ни страха.

А затем отряд, наконец, вывалился на Пиали. Прямо в разгар местного солнечного и тёплого дня.

Если бы в Упорядоченном решили выбрать самое необычное место прибытия — наверно, победило бы именно это. Причём с большим отрывом.

Отряд оказался на высоком мысу с каменными, поросшими мхом, склонами. Они круто уходили вниз к водной глади, шумевшей ветром и волнами.

По краям мыса росли деревья с кривыми стволами и сухой слоистой корой. Вместо листьев у них были длинные гибкие иглы. Пахли они, прямо как на родине Игоря, хвоей. И хвоя эта была везде, укрывая всё вокруг мягкой жёлтой подстилкой.

Не хватало только шишек. Но их успешно заменяли какие-то шипастые, похожие по форме на жёлуди, орехи.

Вдали, за водой, вздымались туманные стены узла. А сверху светило сразу два солнца. Одно –яркое, слепящее, а второе — почти красное, едва заметное в голубом небе.

— Ну и шо мы вам говорили? — радостно заявил Муся. — Если вы-таки хотите отдохнуть, то спросите нас, где лучше!.. И мы точно не подведём!

— Ну вообще-то это моё любимое место, а не твоё! — с мягкой улыбкой заметила Растрёпа. — Но хорошо, что ты о себе напомнил! Забери, пожалуйста, у моего мужа Веру, а то у него уже руки трясутся.

— Ты ранишь меня в самое сердце! Неужели ты думаешь, шо я-таки сильней и выносливей этого чернобрового атлета?.. — начал Муся, но был безжалостно перебит.

— Веру забирай! — грозно сказал Бизон, протягивая спящего ребёнка. — А то я, чёт, тоже забыл! Твоя вообще очередь!..

И отряд двинулся в сторону посёлка под жалобные причитания Муси. Впрочем, девочку он нёс аккуратно, а на несправедливость жаловался тихо, чтобы её не разбудить. Поэтому его бормотание звучало, скорее, музыкальным фоном для уставших путников.

И снова Пиали сумел удивить Игоря.