Яна всю жизнь бежала от постоянства – ей претила и идея семьи, и мысль о том, что ее жизнь могла бы сложиться как-то иначе, как у большинства горожанок среднего класса. Бесконечный день сурка. Утренняя пробежка, восемь часов в офисе, сериал за ужином, увлажняющая маска, постель. Зима, весна, лето, осень, средний возраст, старость, смерть…

По вечерам Роман ненадолго уединялся с Катериной в каюте. Яна была предоставлена самой себе. Всё было именно так, как она мечтала во время кастинга. Она сидела на палубе и смотрела на линию горизонта. Океан, гладкая зеленая волна с кокетливой челкой мутной пены, тяжелые тропические облака. Всё это даже было похоже на счастье – такое, каким она его представляла.

Однажды Роман пригласил в каюту и Яну. Она безропотно согласилась. Всё прошло быстро и буднично.

– Сними купальник, – попросил он. А потом похвалил: – У тебя очень красивое тело. Но надо меньше загорать. Напомни, завтра я дам тебе крем для сёрферов.

Любовник он был никакой – торопливый и довольно эгоистичный. Яна просто плыла по течению – интуитивно чувствовала, что не стоит пытаться его расшевелить. Даже теперь, когда его вспотевшее тело вдавливало ее в круглую, пропитанную влагой кровать, он казался таким далеким. Дальше, чем линия горизонта.

В тот вечер между ней и Катериной вспыхнула откровенная вражда. Это было поразительно, но ледяная Катя, похоже, приревновала. А до того вечера казалось, что она вообще не способна испытывать какие-то чувства за исключением мимолетной бледной радости при получении очередного дорогого подарка.

Она и до того общалась с Яной сквозь зубы, а теперь и вовсе перестала замечать соседку.

– Ну ты что… Ты же понимаешь, что это моя работа. – Яна попробовала наладить отношения, все-таки им предстояло провести вместе еще больше недели. – Это наша профессия. Она исключает ревность.

Но Катерина только фыркнула, подлила в бокал розового брюта и отвернулась. Ее загоревшая спина окаменела. Яне было даже жаль эту женщину, намного старше ее, которая столько лет работала в этом жестоком бизнесе, но так и не научилась самым азам. Подавлять эмоции – это самое важное качество для эскортницы.

Поразительным было и то, что Катерина позволила себе выражать недовольство и Роману. Она настолько вошла в роль, что действительно почувствовала себя его девушкой; как будто за пребывание на яхте ей не заплатили внушительную сумму. У Катерины была тяжелая давящая энергетика, и ее дурное настроение передавалось всем окружающим. Все ей было не так – от недожаренной рыбы болел живот, на тропические фрукты открылась аллергия, соленый воздух плохо действовал на кожу, в замкнутом пространстве яхты она сходила с ума от скуки. Роман больше не приглашал ее в свою каюту. Впрочем, не звал он и Яну.