Правда, провожатый вёл меня какими-то окольными путями, потому прохожие не встречались, зато и путь растянулся во времени. Но вскоре мы подошли к неприметной деревянной двери, в которую мне приказали войти. Повеяло запахами еды и теплом. Тело пробило дрожью. Только сейчас я осознала, насколько замёрзла.
А путь продолжался. Теперь по служебным помещениям дворца, с грубо отёсанными каменными стенами. Здесь носились слуги с подносами, в проходах мелькали повара у допотопных плит. Мы поднялись на несколько этажей выше, миновали полупустые помещения жилого назначения, оформленные более уютно.
— Купальня в соседней комнате. Там вещи. Помойся и переоденься. У тебя двадцать минут.
— То есть меня привели, чтобы привести себя в порядок? А сразу нельзя было сказать? — возмутилась я, правда, осторожненько.
Дубинка с его пояса никуда не исчезла.
— Тебе какая разница, куда? Сказали, значит, делай.
— Кто тут ещё нечисть. Воспитание никто не отменял, — фыркнула я и поспешила в соседнюю комнату.
А то так мои двадцать минут сократятся до десяти.
— Дверь не закрывай, — наказал мужчина.
Вспыхнув от злости и смущения, я выругалась под нос и вошла в комнату. Дверь всё же прикрыла, хоть и не стала запираться. Окриков в спину не последовало, и я решила, что этого достаточно."
"Здесь действительно оказалась купальня, иначе помещение не назвать. По центру комнаты расположилась каменная чаша с подведёнными из пола кранами.
Время шло, потому я решила отложить шок до лучших времён и помыться.
А с чистой головой и соображается лучше. По крайней мере, я надеюсь. Времени мне дали мало, потому пришлось торопиться. Первым делом я проверила браслет. Воровато взглянула на дверь, дёрнула ткань платья в разные стороны и, о радость, дурацкое украшение слетело. Быстро подхватив его, я разделась и залезла в чашу, чтобы приступить к мытью. Купание в тёплой воде всё равно принесло несравненный кайф.





