С силой сцепляет зубы, руки в кулаки. Мне хочется как-то ему помочь, но я ничего не могу. Абсолютно. Те таблетки, что у меня есть, ему не помогут, да и самолечением заниматься — такое себе решение. Вон Макар столько времени занимался и к чему это в итоге привело?
От брата звонок поступает где-то через пять минут. Он говорит, что сейчас ко мне приедет скорая и осмотрит Макара.
— Скорее всего, госпитализируют, — готовит меня брат. — Постарайся поговорить с ним.
Как заставить взрослого человека, который тебя даже не слышит согласиться на госпитализацию, я не знаю. У меня вообще сердце разрывается, когда я вижу Макара таким разбитым и растерянным. И я никак не могу сделать так, чтобы ему стало легче.
Когда в дверь звонят, я срываюсь с места и бегу открывать. В квартиру заходит трое мужчин. Все в красивые темно-синих костюмах. Один из них с чемоданчиком в руках. Он-то и просит меня проводить их к больному.
При виде незнакомцев Макар меняется в лице, но не говорит. Он вообще не сказал ни слова с тех пор, как мы зашли в квартиру. Это меня пугает до чертиков.
— Так, посмотрим, — комментирует доктор.
Он проводит различные манипуляции, осматривает Макару зрачки, меряет давление, даже кардиограмму на месте делают. Я все это время стою в стороне и смотрю. Жду вердикта. Ожидаемо они просят госпитализации, так как невозможно установить причину головных болей. Узнав, что я не родственница, а просто подруга, доктор достает из чемоданчика шприц с ампулой и вводит Макару лекарство.
Мы ждем, пока его отпустит. Пока перестанет сильно болеть. Это происходит примерно через десять минут. Макара отпускает. Он перестает сжимать так сильно зубы и ослабляет кулаки. Замечает меня и доктора, спрашивает, что произошло.
Врач кое-как объясняет ему, что нужно поехать в больницу и провести ряд обследований. Макар вначале мотает головой, но я все же пытаюсь. Подхожу к нему, прошу, чтобы поехал. Ради Тимофея и Степы. И если о нашем с Измайловым сыне есть кому позаботится, то что будет со Степаном. Кто, если не Макар? Жанна? Ей не нужен ребенок. Макар — да, но не сын.
Измайлов соглашается поехать, и я выдыхаю. Меня отпускает напряжение. Он встает вместе с медиками и идет к выходу. Уже у двери я спрашиваю у мужчин, куда они его отвезут и мне дают адрес клиники. Я понимаю, что нужно сегодня туда поехать. Вечером. Узнать, как обстоят дела. А для этого мне нужно оставить сына у Насти и Стаса. Снова.
Глава 42
Оля
Тимофей ни в какую не соглашается уезжать, требует взять его с собой к папе. Я кое-как уговариваю сына поехать к Стасу и усаживаю в машину такси, хотя могла бы поехать и на автомобиле Макара. Все равно он остался стоять у моего подъезда, но я не рискую. Чувствую себя хоть и хорошо, но мне немного тревожно.
