Фу…

Какого черта? Где я?

Я вместо домика попала в какую-то хозяйственную постройку? Или меня похитили? Жанна решила не ждать и сделать что-то со мной?

Тру лицо руками и понимаю… что это не мои руки! И одежда не моя. И волосы… Ох, черт…

А, знаю! Это просто продолжается тот сон, а мне только приснилось, что я проснулась! Щипаю себя и… блин, больно!

– Ты смеешь спорить с княгиней? – через крохотные отверстия под крышей слышится зычный женский голос. – Пусти меня к ней, иначе твое будущее тебе не понравится.

Меня передергивает от знакомой фразы, а в груди поселяется тревога.

Я не помню, как я добралась до домика бабушки. Я должна была достать ключ из-под крыльца, приподнять дверь, иначе замок клинит. И я этого всего не помню.

Черт… Что произошло?!

Глава 3

Слышится грохот, а потом дверь открывается, и в полумрак помещения входит статная женщина в длинном, до самых пят, сарафане. В отблесках пламени блестят яркие орнаменты, вышитые золотыми и серебряными нитями, украшающие подол и рукава ее одежды.Поверх сарафана надет плащ с массивными золотыми застежками в виде драконов.

Судя по тому, что я слышала, это и есть княгиня? Богато, статусно.

Прямо как Жанна…

Женщина скрещивает на груди руки так, что свет бликует на тяжелых металлических браслетах, охватывающих запястья княгини, и многочисленных кольцах.

Она смотрит на меня свысока, как на мелкую мошку, скользит взглядом по мне, как будто оценивая, потом хмыкает.

– Что ж, Дарина, – наконец, произносит она. – Не буду скрывать, мой сын в гневе…

Княгиня проводит по длинным волосам, уложенным в сложную прическу, украшенную жемчужными нитями и тонкими золотыми цепочками.

Так… Я все еще Дарина, и это хорошо. Но ее сын в гневе, и, похоже, это плохо.

И как мне на это реагировать? А вот кто знает?

Вместо реакции из меня вырывается неопределенный “м-м-м”, и я немного ерзаю на лавке."

"Если откинуть версию сумасшествия – ну не могла я тронуться умом из-за разбитого сердца и надежд, то… остается откидывать версию переселения души. Потому что я же не с ума сошла в это верить?

Рассматриваю свои-не свои пальцы. Тонкие, длинные, но не изнеженные, загорелые. Явно к какой-то работе да приученные. Тело все болит от сна на лавке, но движения приятно-тягучие, наполненные силой.

И совсем не мои.

Так. Дарина, держи себя в руках. Вот выйдет эта княгиня, тогда и будешь предаваться панике и недоумению.

Смотрю на черный земляной пол и сосредоточенно пытаюсь выловить в словах женщины то, что даст мне хотя бы какую-то подсказку.

– Но, согласись, такое невозможно простить… Он выбрал тебя, дал тебе шанс, – княгиня нахваливает своего сына за то, какой он щедрый, а я понятия не имею, о чем она. – А ты променяла его на какого-то посла!

В голове, как лампочка, загорается осознание. Посол. Князь.