– Моего истинного!
Я взяла Вила под локоть, чтобы он чувствовал себя немного увереннее. Если бы я знала, что дома окажется тётя Ванда, то обязательно бы предупредила его о её непростом характере.
– Проходите в дом, – проговорил отец, бросив настороженный взгляд на сестру. – Вам обоим нужно согреться и отдохнуть с дороги. Позже все расскажете.
Когда я вошла меня окутал знакомый запах дерева, кожаных переплётов книг и выпечки.
Как же я всё-таки скучала!
Служанки засуетились, помогая снять верхнюю одежду.
Вилу выделили гостевую комнату на первом этаже. Было заметно, как он нервничал.
– Всё будет хорошо, – шепнула я ему. – Отдохни, приведи себя в порядок. А вечером за ужином познакомишься со всеми поближе.
Вил благодарно кивнул и скрылся за дверью своей комнаты. Я же поднялась на второй этаж.
Моя комната встретила меня уютным теплом – служанки успели растопить камин. Я медленно прошлась по знакомому до мелочей пространству, проводя рукой по полированной поверхности письменного стола, по корешкам любимых книг на полках. Здесь всё осталось таким, как было до моего отъезда.
"На столе стояла фарфоровая шкатулка – подарок отца на шестнадцатилетие. Рядом лежала недочитанная книга, заложенная ленточкой. Казалось, будто я только вчера оставила её здесь…
Внезапно скрипнула дверь. Я обернулась – на пороге стояла тётя Ванда.
Время замерло, в воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на стене.
Мы смотрели друг на друга, словно пытаясь прочесть в глазах ответы на мучившие нас вопросы.
– Прости меня, – наконец произнесла она дрожащим голосом. – За всё, что я наговорила тогда… За свою чёрствость, за глупое упрямство.
По её щекам покатились слёзы. Я никогда не видела тётю Ванду плачущей – она всегда казалась такой сильной, несгибаемой. Сейчас же передо мной стояла хрупкая женщина, израненная годами сожалений.
В этот момент я поняла, что не могу на неё обижаться. Несмотря на все наши разногласия, она искренне любила меня и желала лучшего, пусть и выражала это по-своему.
Я шагнула вперёд и крепко обняла её.
– Я тоже скучала по тебе, тётя Ванда, – прошептала я, чувствуя, как она вздрагивает от рыданий.
Вечером за ужином я рассказала всё, что со мной произошло. Правда, пришлось опустить пару моментов, чтобы Вил мог чувствовать себя комфортно.
Я знала, что он очень стыдится того, что связался с Алистером. Так что я не собиралась бередить прошлое. Все мы, в конце концов, совершаем ошибки.
– Так, где сейчас Гай? – поинтересовался отец, прерывая тишину, последовавшую за моим рассказом.
– Он… помогает властям в расследовании.
Отец одобрительно кивнул, и я уловила промелькнувшую в его глазах гордость.
