Падение Ворона

Падение Ворона

Пока нет оценок
Родители Кости Воронова ранее судимы, сам он родился в колонии. Благодаря авторитетному отцу он пользуется поддержкой «законников» – криминальных бонз, которые накануне развала СССР продумали новую стратегию, связанную с вывозом воровского общака в одну из соседних стран и созданием там ОПГ по типу мафии, теснящей местный преступный мир и прокладывающей российскому криминалитету путь на Запад. Осуществление этого плана поручено Ворону, который справляется с поставленной задачей, но любовь к девушке, оказавшейся прокурором, заставляет его искать компромисс между разными идеологиями и разрываться между законом и бандитскими понятиями. Но возможно ли одновременно жить и в волчьей стае, и среди людей? Реальная история, положенная в основу романа, дает убедительный ответ на этот вопрос.
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

 – Увидел кого?

– Да нет пока… Просто нас местная шушера в упор рисовала…

Проводница открыла дверь, дождавшись очереди, они поднялись по железным ступеням и заняли свои места – два нижних, в конце почти пустого вагона. Неподалеку устраивались три челночницы с огромными, туго набитыми сумками, впереди весело шумела молодежная компания, двое небритых кавказских мужчин сели на боковые места напротив, но принюхались и, наморщив носы, с возмущением ушли вперед. Надо сказать, что здесь действительно пахло туалетом, но видавшая виды семья Вороновых не обращала внимания на такие мелочи.

Поезд плавно тронулся и начал набирать ход. Проводница растопила титан, и вагон наполнился запахом сгорающих дров. Челночницы собрались ужинать и пришли просить нож – порезать цыпленка.

– Что вы, девчата, откуда у нас ножи? – лучезарно улыбаясь, спросила Маруся. Нож они все же нашли – по вагону потянуло запахом курицы-гриль и соленых огурцов.

– Там ноги не вытянешь, – развалившись, продолжил Молот всплывшую из глубин памяти мысль-воспоминание. – По восемь человек набивали, по десять… Как сельди в бочке…

– Может, больше никого и не будет, вдвоём поедем, как барин с барыней? – загадывала Маруся. – Я слышала, есть такие вагоны, где купе на двоих…

Она не успела закончить фразу, как в проходе возник невысокий мужичок лет сорока, в джинсах, клетчатой рубахе и расстегнутой кожаной куртке, явно турецкого происхождения.

– А вот и я! – заявил он, как будто его здесь с нетерпением ждали. – Чуть не опоздал, пришлось в другой вагон залезть…

Маруся сочувственно всплеснула руками, а Молот сделал вид, что дремлет, хотя из-под опущенных век внимательно наблюдал за незнакомцем. Ему сразу не понравилось и его внезапное появление, и внимательный, ощупывающий взгляд, и свойская манера, позволяющая быстро сходиться с людьми. Все это характерно для майданщика[22] на доверии или каталы[23]. Но, судя по прикиду, ему надо ехать в купейном или спальном, там фрайера жирнее. А уж он с Марусей никакого интереса для такого понтовика не представляют, это сразу видно, с первого взгляда. Чего же он к ним клеится?

– Меня Серегой звать. – Он снял с плеча небольшую спортивную сумку и поставил её на верхнюю боковую полку. – Может, в картишки сгоняем?

– А что мне ставить? – Молот открыл один глаз и уже в открытую оценивающе посмотрел на навязчивого попутчика. – У меня все вещи – фер да клещи!

– Н-да… Ну так что, может, за знакомство?! У меня с собой! – Он расстегнул сумку, и достал бутылку дешевой водки.

А это уже прокол – у такого ферзя должен быть коньяк.

– Мы уже спать ложимся! – ответил Молот, нащупывая в кармане брюк свой «браунинг».

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив