5

— Не хлопай так сильно дверью, — сделал замечание мне Мир, приводя машину в движение. — Не в “Жигулях”.

— Особенной разницы не вижу, — брезгливо оглядела я его салон. — У папы в ""шарике"" старом почти так же по ощущениям.

Я смотрела вперёд, Ланской уставился на меня, сведя брови вместе.

— На дорогу смотри, — кивнула я на стекло. — Я ещё хочу дожить хотя бы этот день.

Вру про машину, конечно. Она классная, и папина побитая ""шестёрка"" и рядом не стояла… Но выражение его лица в этот момент было бесценно. Когда мне будет грустно или я буду в депрессии — буду вспоминать эту изумлённую и одновременно недовольную морду Ланского."

"— Сравнила хрен с пальцем, — пробубнил он и снова устремил взгляд на дорогу.

— Не сомневалась, что в твоём ответе обязательно будет слово ""хрен”, — уколола я.

— А ты тоже ничего так его произносишь, — улыбнулся Мир и скользнул взглядом по моим губам.

Что-то жарко стало… Даже заёрзала от дискомфорта на сиденьи.

— Жарко тут и запах странный, — высказалась я.

— Какой запах?

— Приторный и противный, — повертела я головой и чуть наклонилась к нему. — А-а, так это ж от тебя!

Смятение, появившееся в его глазах, я тоже запомню навсегда. Впервые вижу, как Ланской растерялся. Но растерянность заняла лишь доли секунд, как он тут же взял себя в руки.

— Ничего не знаю, я в душе был сегодня. Ищи у себя! — нагло заявил он.

— Это твои духи, Ланской, — покачала я головой. — Вкус у тебя, надо сказать, полный отстой!

Не хотела же его драконить, но прямо ничего не могла с собой поделать. Он уже довольно нервно сжимал руль крепкими длинными пальцами и раздувал ноздри. А мне просто хотелось отомстить за ""сучку"" в столовой.

— Окно открывается? — спросила я, пока машина плавно и тихо несла нас по улицам к театру. — Или не работает механизм, и твои дружки-бабуины всё уже выломали здесь?

— Конечно, открывается, — кивнул Мир и нажал на кнопку, и стекло поехало вниз. — В отличие от ""шарика"" твоего бати здесь всё работает идеально.

— Ну куда столько опустил? — возмутилась я. — Холодно же!

— Тебя не разобрать: то холодно, то жарко! — нахмурился ещё больше Мир и поднял стекло обратно.

— Совсем зачем было закрывать? — спросила я. — Так ведь жарко.

— Диана, молча посиди, — рыкнул он. — Не отвлекай меня от управления. Надеюсь, не вспотеешь и не испортишь мне обивку!

Я умолкла. Действительно, что я его злю за рулём? Мне еще дорога моя жизнь. На всякий случай пристегнулась…

* * *На парковке у входа в театр я очень боялась встретить Таню и, прежде чем выйти из машины, огляделась по сторонам. Не обнаружив нигде Ежовой, вышла и пошла следом за Ланским к лестнице, ведущей в подвальные помещения. Лишь яркая вывеска над входом сообщала, что здесь находится самый настоящий театр.