Парень глянул на него исподлобья, продолжая заниматься своим делом, потом, видимо, вспомнил:

– Это ваш аппарат, что ли?

– «Таврия»? Мой.

– Вот ключи. – Он достал из кармана ключи от «таврии». – Можете забирать. Не хуже, чем у Джеймса Бонда. Движок с форсажем, дает под двести, подвеска усилена, бак увеличен, берет около шестидесяти, заднее и переднее стекло – бронеплекс. Что еще?

– Не хватает только пулеметов под капотом, – улыбнулся Матвей. – С хозяином я сам рассчитаюсь. Где он? Что у вас стряслось? Потолок рухнул?

Парень вытер лицо ладонью, но лишь размазал грязь.

Сказал нехотя:

– Банда наехала. Милиция только перед вами убралась. А Илья в больнице, подстрелили его.

– Что?!

Помощник Ильи снова принялся за уборку, проигнорировав вопрос. Буркнул под нос:

– Живой он, пуля прошла бок навылет, порвала подвздошную сумку, а вторая застряла в ноге.

– Из автомата стреляли, что ли?

– Я слышал разговор инспектора и следователя, стреляли из какого-то «волка».

Матвей присвистнул про себя: пистолет-пулемет «волк» был последней разработкой завода «Арсенал», и именно утечка «волков» со склада завода и была первым заданием Соболева, полученным от полковника Ивакина.

Как странно все переплетено в этом не самом лучшем из миров.

– Где он лежит?

– Увезли в Склифосовского. Только вас не пустят, он без сознания, моя сестра только что приехала оттуда.

– Как все это произошло?

Парень разогнулся.

– Да так – вошли и…

По его словам вырисовывалась такая картина. Давешняя команда рэкетиров, которой Илья дважды дал отлуп, вломилась в мастерскую в начале седьмого утра, когда там был лишь один Муромец: вставал он рано.

Бандиты начали громить мастерскую, бить оборудование, машины, а когда вмешался хозяин, раскидав крутых громил, кто-то из них от испуга достал «пушку».

– И что по этому поводу заявила доблестная милиция?

– Да ничего, – помрачнел парень еще больше. – Дохлое, мол, дело. Я им говорю: они же весь квартал держат, разъезжают на «мерсах» и «маздах», их все знают…

– Ну и что?

Парень безнадежно махнул рукой:

– Все они повязаны. Если не запуганы, то куплены.

– Что ж, понятно. Бывай.

Знакомое «гудение» в голове, рождающее вспышки «ложной» памяти, заставило Матвея напрячься, но на сей раз воспоминание не созрело: он был слишком взволнован происшествием.

Помучив немного мозг, Матвей сел в «таврию», опробовал двигатель и выехал из гаража. В клинику «Скорой помощи» Склифосовского он прибыл через сорок минут, ухитрившись ни разу не засветиться перед ГАИ, хотя мчал под сто и больше.

Илью уже прооперировали, и был он в сознании; Матвей сумел уговорить медперсонал, чтобы ему дали халат и пропустили в палату к раненому.