Наш брак…

Фраза его прервалась, когда я со всей силы опустила каблук на его ногу. Принц вскрикнул, подавшись вперед. Я толкнула его в грудь и рванула прочь. Взвизгнув, избежала столкновения с одним из гармонтов, в считанные секунды миновала расстояние до стеклянных дверей и на полном ходу влетела в бальный зал.

— Враги! Нападение! — прокричала я, перекрывая звуки музыки и песен.

Только никто не успел среагировать, потому что следом в зал ворвались гармонты. Праздник прервался. Роскошный зал наполнили крики ужаса и рыки чудовищ. В попытке отыскать родителей и сестру я понеслась сквозь помещение, спотыкаясь и налетая на иллеми и других гостей.

Но в какой-то момент меня перехватил стражник. Я кричала и брыкалась, но он забросил меня на плечо и побежал прочь из зала.

— Я должен вас вывести, принцесса! — заявил он сурово, выбегая в коридор.

— Там родители, сестра! — я все еще билась в стальном захвате, пыталась высвободиться, по щекам лились слезы, а силы покидали тело.

— О них позаботятся, — заверил меня стражник, упрямо продвигаясь вперёд, к тронному залу."

"Позади все ещё слышались крики, но они отдалялись, пока он несся со мной на плече по опустевшим залам дворца.

А вскоре я ощутила родную энергию Древа. Стражник внёс меня в тронный зал, и за ним сразу закрыли двери.

— Айлирана! — раздался голос отца.

Стражник поставил меня на ноги только у трона, а следом я очутилась в родных объятиях.

— А мама и Айвирена? — спросила дрожащим голосом.

Душу переполнял страх за жизни родных. Я слышала крики, знала, что там за стенами идёт бой, знала, что там убивают и погибают.

— Они ещё не прибыли.

Двери тронного зала с грохотом распахнулись.

Стражники под мой испуганный вскрик бросились на появившегося в дверях гармонта. Враг легко отбивался от атак, орудуя огромным мечом. Мышцы бугрились на его руках, пока он с рычанием обрушивал удар за ударом. Крылья раскрывались за его спиной чёрным плащом.

— Беги! — отец подтолкнул меня к Древу.

Еще полгода назад он показывал нам всем потайную дверь под корнями. Тогда я считала это странной необходимостью.

— Нет!

— Беги я сказал! — отец развернулся ко мне, решимость и отчаяние наполняли родные глаза.

Следующие слова оборвались, когда в его горло ударил кинжал.

Уши заложило, я не сразу поняла, что кричу от ужаса и страха. Происходил самый дикий кошмар в моей жизни. Я бросилась на колени возле отца, потянулась к ране на его шее, откуда хлестала кровь. И рыдала, не зная, что предпринять.

— Беги, Лира, — прохрипел отец, и это были его последние слова.

Лазурный взгляд остекленел, его покинула жизнь.

— Отец, нет! — я встряхнула его за плечо, продолжая всхлипывать и стирать окровавленными руками слёзы со щёк.