18
0Я должен был стать вашим проводником и каждый день сообщать, где мы находимся. Для этого он дал мне мобилет.
— И всё?
— И всё, клянусь!
— Он что-нибудь дал тебе, кроме мобилета?
— Деньги… Больше ничего.
— Понятно. Люсиль, будь добра, обследуй мобилет. Может, на нём висят какие-нибудь заклинания.
— Нет, — тщательно осмотрев аппарат, говорит Люся.
— Герцог молодец, предостерёгся. Ладно, Очирбат. Убивать я тебя не буду, но и лечить запястье тоже.
— Справедливо, Ярослав-гуай, — тут же соглашается монгол. — Прости, что подставил тебя.
— Да что ты, всё в порядке. Окажешь мне одну услугу?
— Всё, что угодно!
— Сейчас мы все поедим, ещё раз искупаемся и отдохнём.
— Понял!
— Алиса, свяжи его пока и закинь в дилижанс. Жанна, а ты слушай, что надо сделать.
— Внимательно! Хочешь сделать засаду?
— Именно. Герцог думает, что заманил нас в ловушку? Хрен там. Это я здесь охотник…
План срабатывает идеально. Как только наступает полночь, к месту нашей стоянки приближается несколько человек. В лунном свете они кажутся бесшумными тенями.
Одного из них я узнаю сразу же — мой дорогой друг герцог Бремзин. Остальные, судя по всему, монгольские наёмники. Потому что они одеты в традиционные халаты степняков, а в руках сжимают короткие изогнутые луки.
Наши фантомы лежат на берегу озера. Типа спят, напившись кумыса. Псевдо-Ярослав даже громко храпит. В который раз поражаюсь мастерству иллюзии Жанны.
Рихард поднимает руку, командуя соратникам остановится. Творить заклятия он не спешит, но достаёт оружие. В одной руке у него скальпель, с которым я уже знаком. Во второй — магический стилет.
— Люсиль, монголы на вас с Алисой, — говорю я. — Постарайся не подставляться под магию Бремзина. Ты помнишь, что он может.
— Угу, — кивает Люся.
Сейчас она в форме зверька и тоже накрыта Покровом. Летит к Алисе, которая сидит на другой стороне озера с винтовкой.
— Жанна, ты будь наготове. Покров не снимай, поняла? Второй раз я не смогу тебя оживить.
— Поняла, — шепчет она.
— Ну всё, сейчас начнётся."
"Герцог отдаёт монголам негромкие приказы. Те натягивают луки и спускают стрелы.
Фантомы корчатся и вопят от боли. Мой подскакивает со стрелой в лопатке и типа начинает колдовать.
— Здравствуй, Китцхен! — злорадно восклицает Бремзин и бросается в атаку.
Осторожненько, чтобы не спалиться, творю слабые печати Обороны на иллюзию. Вроде как пытаюсь защититься, но слишком обескуражен внезапным нападением и гибелью подруг.
Скальпель Рихарда окутывается чёрным туманом, вокруг второй руки вьются кровавые щупальца.
