Расчет на то, что она со своей оптикой быстро сократит количество бандитов, не оправдывался, ей не давали носа высунуть. Примерно такое же положение было и у Доронина с Приваловым. У Доронина оно было даже сложнее, чем у других. Прижатый огнем к тропе, где не было таких огромных камней, за которыми он мог бы укрыться и скрытно менять позицию, Доронин отстреливался короткими очередями, но противник медленно приближался к нему. Веденеева, видя это, попыталась вести стрельбу не прицельно, лишь бы как-то удержать нападавших, но и этого ей толком не удавалось сделать…

За грохотом перестрелки никто из спецназовцев сразу не уловил шум винтов.

Вертолеты они увидели, когда те вынырнули из-за горной гряды, разбрызгивая во все стороны ракеты тепловых ловушек. Два штурмовых «NH-90» пронеслись над тропой, развернулись и обрушили вниз серию 35-миллиметровых ракет. Грохот разрывов окутал поле боя. В воздух взметнулись земля, камни, тела людей и животных.

– Глаз, Крыс, быстро сменить позицию, – приказал оглушенный Доронин, пока вертолеты уходили на новый боевой разворот.

Он не знал, что было целью вертолетчиков, но подозревал, что их задачей было уничтожение всего, что находилось на горной тропе.

Вряд ли пилоты разобрались, что здесь идет бой между бандитами и еще кем-то, кому срочно нужна помощь. Но если они атаковали караван, то следует быстрее убраться от него подальше и укрыться надежнее. Насколько это возможно…

Когда вертолеты пронеслись над позицией Торина и стали разворачиваться для боевого захода, он понял, что укрыться не успеет. Четыре тела и он сам были видны с воздуха пилотам боевых вертолетов как на ладони. Возможно, что за несколько секунд, пока вертолеты разворачиваются, он успел бы найти среди камней какую-нибудь узкую щель, в которой можно будет укрыться от ракетного удара.

Но с бесчувственным телом Горбачева этого быстро не сделать. Единственное, что Торин мог, это накрыть товарища своим телом. Вертолеты развернулись и с ходу открыли мощный огонь по тропе. Близкие разрывы сотрясали камни, земля под Ториным ходила ходуном, как во время землетрясения. Он ждал прямого попадания, которое мгновенно разорвет его тело на куски. Но разрывы легли дальше, ближе к тропе, где находились остатки каравана. Вертолеты прошли над грядой, развернулись и снова обрушили огненный шквал на тропу. Земля и камни падали вокруг, воздух наполнился удушливым запахом сгоревшей взрывчатки, от грохота заложило уши.

Наконец стрельба прекратилась, но вертолеты продолжали кружить. Торин боролся с желанием поднять голову и осмотреться. Наконец шум винтов стал удаляться. Андрей Петрович выглянул из своего укрытия и осмотрел почерневшие и дымящиеся камни внизу. Что-то мелькнувшее в небе привлекло его внимание.