Теперь каска оказалась на голове вожака этой шайки.

«Судя по всему, они приняли меня за важную птицу, иначе зачем было сохранять мне жизнь? — сообразил Строганов. — Не важно, что они себе возомнили на мой счет, пусть считают меня хоть императором тайги, главное — выжить именно сейчас и готовиться к побегу».

Надежда на побег, пока руки-ноги целы, была вполне реальной. Кроме спрятанного за голенищем сапога кинжала, который он часто пускал в ход в ближнем бою, у Сержа имелся еще ремень, поддерживающий брюки. В умелых руках он тоже мог превратиться в своеобразное оружие — в удавку, с помощью которой можно бесшумно избавиться от любого охранника.

Азиатов было четверо. Двое невредимых в полной боевой готовности, и еще двое — раненых. Мысли о побеге не покидали Сергея. Можно было оттолкнуть одного из пиратов и, перевалив тело через борт, кинуться в море, поплыть к корвету, но это верная гибель. Всему причиной акулы! Эти кровожадные твари постоянно так и шныряют вокруг судна в ожидании легкой добычи.

«Сколько метров я сумею проплыть, пока не попаду в пасть какой-нибудь зубастой твари? — уныло подумал Серж и окончательно оставил мысль о побеге именно сейчас. — Удивительно, что акулы меня прозевали сразу после падения за борт. Впрочем, ран на моем теле нет, кровью я не истекал, вот и не привлек внимания хищников. Ладно, как только окажемся на острове, обязательно сбегу от этого конвоя и там устрою китаезам беспощадную партизанскую войну. Ну, погодите, черти узкоглазые, дайте только ступить на твердую землю! Отольются вам мои побои кровавыми слезами!»

Уже рассветало. Поврежденная в бою лодка, подпрыгнув на буруне и чиркнув днищем о подводную часть кораллового барьера, медленно плыла по тихой заводи. Посмотреть, куда именно пристал сампан, долго не удавалось. Сипатый пират прижал грудную клетку полковника грязной пяткой, а на лицо ему накинули кусок рогожи. Но вот суденышко уткнулось носом в песок, один из морских разбойников крепко ухватил Сержа за ворот рубахи, да так, что материя затрещала и разошлась по шву, поставил его на ноги и толкнул вперед. Тряпица, наброшенная на лицо, упала, и взору пленника открылась панорама обычного для этих мест тропического острова.

Песчаная кромка берега, дальше высокая трава, непроходимые заросли кустарника, шевелящиеся на ветру густые кроны высоких широколиственных деревьев, несколько одиноких пальм — это все, что Сергей успел рассмотреть, прежде чем упал лицом в песок, потому что снова получил удар ногой пониже спины и в придачу крепкую затрещину."

"«Судя по всему, особо церемониться они со мной не собираются, — понял Строганов. — А жаль. Надо бы срочно вступить в переговоры.