И тебе Амалька пообещала за помощь в освобождении от мамаши все драгоценности старой дуры. Сама к ним даже прикасаться не желает, так она тетку ненавидит. Пока с вас хватит. С холдингом позднее разберемся. Дружите с Амалькой взасос. Жаль, что она потом тяжело заболеет, завещать все, что она имеет, ей некому, кроме как вам. Сделайте ее крестной мамой Илюши!
– Илюшенька, – повторила Арина, – наше солнышко. Спокойной ночи, мамуля Ленуся!
Димон посмотрел на меня.
– Конец связи.
Я помолчала пару секунд и потом пробормотала:
– Это прямо пирог от особо талантливого сапожника.
У Димона ожил мобильный.
– Так, – произнес Коробков, – Наталья Ивановна Рыбкина скончалась тридцать минут назад. Амалия через полгода войдет в права наследования.
– У них получилось, – констатировала я. – Ну очень талантливые люди. Даже Иван Никифорович им поверил, и Кулагин тоже.
– Имеем все, чтобы разрушить все планы пакостников! – воскликнул Димон. – Не сомневаюсь в нашем успехе! Не достанутся мерзавцам деньги. Есть идея, как им перекрыть кислород. Для начала станем работать по владелице роддома. Теперь понятно, что Лидия – это Софья. А где настоящая Голикова? Она неожиданно удачно продала свою квартиру, уехала в Москву. Надо выяснить, что с женщиной! Как ее документы оказались у Нукиной? Потянем за веревочку, много интересного узнаем.
Договорить Коробков не успел, потому что из недр квартиры донеслось: «Ба-бах, ба-бах!» Я одним прыжком оказалась у шкафа с оружием, за секунду открыла стальные створки, схватила три пистолета.
Димон заглянул в комнату и неожиданно воскликнул:
– Это вообще что? Тань, отбой!
Я вошла в гостиную и увидела чудную картину. В кресле с элегическим видом сидит кот, судя по позе животного, оно справляет малую нужду на сиденье. А из мебели гремит: «Ба-бах, ба-бах, ба-бах!» К потолку взлетают снопы искр, из подушки мягкой мебели валит дым.





