– Фандорин воздел палец, и товарищ прокурора внимательно уставился на указующий перст. – Демидовского распятия преступник не получил. Истязания ничего не дали. Игуменья не открыла своей тайны. Жалкие несколько рублей, хранившиеся в ларце, – вот всё, что досталось злодею или злодейке.
– Откуда вы это знаете?
– Иначе зачем было устраивать обыск? Нет, Февронья не открыла своего секрета.
– Поразительная женщина! – восхитился Сергей Тихонович. – Вынести такие мучения – и не сдаться. А с виду была такая хрупкая, покладистая… Но ведь распятие где-то спрятано. Где?
Эраст Петрович пожал плечами."
"– Не знаю. Островок маленький, хороший тайник устроить трудно. Другие монашки могли наткнуться просто по случайности. Там ведь каждый метр хожен-перехожен. Это должно быть место, куда никто не заглядывает. – Говорил он рассеянно, думая о другом. – Меня, признаться, распятие нисколько не занимает. Меня интересует тот, кто ради этой разукрашенной цветными камешками штучки убил… – Он хотел сказать «лучшую на свете женщину», но не договорил.
Клочков был всё еще бледен, но руки уже почти не дрожали, да и держался титулярный советник несколько бодрее. Когда Фандорин вернулся с острова, Сергей Тихонович снова предъявил ему нетронутый пузырек с раствором морфия.
– С утра еле удержался. А потом легче стало, – гордо объявил он. – Почти совсем уже не тянуло.
– Отлично. Значит, теперь можно выкинуть.
– Вот уж нет. – Клочков спрятал коробочку в карман. – Будет напоминанием об одержанной победе. Суну руку, пощупаю – и самоуважения на капельку прибавится.
Выслушав выводы, сформулированные Фандориным, титулярный советник снова вытащил свой талисман, посмотрел на него. Тряхнул головой.
– Колебался, рассказывать или нет… Я ведь трус, вы знаете… Но если уж с одним бесом справился… И если вы все равно на первом подозрении держите Шугая …
– Говорите яснее. О чем вы не решались мне рассказать?
Клочков сделал отчаянный жест:
– Скажу! Пока вы отсутствовали, я не только кругами вокруг коробочки ходил. Когда немного отпустило, решил – прогуляюсь-ка я по лесу…
– Видались с Шугаем? – быстро спросил Эраст Петрович.
– Да. Я его не подозревал в убийстве. Но вдруг, думаю, он все же что-то видел или слышал. Вас он считает чужаком, а мне, возможно, что-то и расскажет. Он и в самом деле без вас был разговорчивей. Про ту ночь я от него, правда, ничего нового не узнал. Но он сказал, что беглый точно здесь, он нюхом чует и никуда не уйдет, пока не добудет награду. Доставит Хозяину палец, получит сто рублей и купит большую лодку, которую уже сторговал за сто двадцать целковых. Похвастался, – Клочков со значением понизил голос, – что двадцать рублей уже добыл.
