— Слав… — только успела выдохнуть Наталья, чтобы в следующую секунду дрожью и мурашками рассыпаться по постели, стоило мне коснуться языком влажных складочек. — Господи! — дышала она рвано, выгибаясь мне навстречу.
Я с животным наслаждением терзал её плоть и чуть сам не кончил в штаны, почувствовав, как Наталья достигла кульминации, сжимая в кулаках волосы на моей голове.
— Господи! — спрятала она лицо в ладонях, когда я поцелуями приблизился к её губам. — И это на первом свидании, Слав. Я падшая женщина!
— Приятно видеть, что эта падшая женщина пала именно в мою постель."
"— А ты пасть не собираешься? — спросила она, убрав руки от лица и многозначительно глянув на штаны, что топорщились там внизу палаткой.
— Только если ты действительно этого хочешь. Со мной, — добавил я серьёзно.
— Только с тобой, — шепнула она, касаясь нежно губами моих губ. — Я пообещала себе, что больше никогда и ни с кем не вступлю в отношения. Но этот твой напор харизмы и сексуальности… — добавила она с улыбкой, ласково поглаживая мои плечи.
— Ты сверху, — бросил я, заставив Наталью рассмеяться.
За пару движений я снял с себя штаны и трусы, нащупал на тумбочке заранее заготовленный презерватив и раскатал его по всей длине уже давно готового к бою члена.
Вернулся к Наталье и, придерживая за талию, помог ей оседлать меня.
Ни в одной своей даже самой грязной фантазии я не мог представить, насколько это охуенно — оказаться в ней. Насколько идеально мы совпадаем и как невозможно оторвать взгляд от королевы, что прямо сейчас без остатка доверила мне себя.
— Боженька, — взмолился я шепотом, когда Наталья опустилась на всю длину. — Не дай мне кончить через две секунды.
Глава 42. Наталья
Прижавшись щекой к Славиному плечу, я смотрела перед собой на зеркало-мозаику на шкафу.
Мышцы тянуло приятно тяжестью, по обнаженному плечу гуляли пальцы Славы, выписывая одному ему известные узоры.
Мы уже несколько минут лежали и молчали, похоже, оба прокручивая в голове то, что только что между нами произошло.
Чуть подняв взгляд, я обнаружила в уголке его губ лёгкую улыбку.
— Чему улыбаешься? — поинтересовалась, потеревшись подбородком о его плечо.
— Да ни о чем. Просто хорошо. Твоя титька на мне лежит. Тёпленькая, — улыбнулся он шире, как котик, объевшийся сметаны, и крепче сгрёб меня в свои объятия. — Обнял бы сильнее, но всё ещё боюсь за твои рёбра.
— Я за них тоже до сих пор боюсь. Во всем теперь, что связано с движением, приходится быть аккуратнее.
— Прям во всем? — глянул на меня Славик и лукаво ухмыльнулся, чмокнув меня в кончик носа. — Сейчас наяривала на мне, будь здоров!
— Боже! — я спрятала лицо у Славы на груди.
Слава сменил положение и забрался со мной под одеяло, осыпая лицо поцелуями, пока не добрался до губ.
