На твоем месте я бы уже уехала.

— У них своя жизнь, у меня своя. Что мне там делать? Мальчики весь день в школе. Джорджу тринадцать, Джеку одиннадцать, а Розе нужно заботиться о собственном браке. У меня там даже своего дома нет. Здесь у меня их два.

— Граф Камарин купит тебе дом. Женщина, он живет в замке.

— Я никогда не принимала ничью милостыню и не собираюсь начинать сейчас.

— Ну, на твоем месте я бы уехала.

— Ну, ты же не на моем месте, не так ли?

Элеонора скрыла улыбку, попивая чай. Они дружили пятьдесят лет, и все эти полвека Мелани указывала всем и каждому, что они должны были сделать со своей жизнью. Возраст только сделал ее еще более тупой, да и она не была такой уж утонченной с самого начала.

По правде говоря, она скучала по ним: по Розе, Джорджу и Джеку. Она так сильно скучала по своим внукам, что у нее иногда ныла грудь от воспоминаний. Но она не вписывалась в жизнь в Зачарованном. Она ездила в гости и, скорее всего, поедет снова, но не чувствовала себя там дома. Магия была сильнее, и она, вероятно, проживет дольше, но здесь, в Грани, в пространстве между Зачарованным со всей его магией и Сломанным без оной, было ее истинное место. Она была Дрейтон и Эджером в полной мере. Она понимала этот маленький городок, она знала всех своих соседей, их детей и внуков. И у нее тоже была сила. Определенное уважение. Когда она грозилась проклясть кого-нибудь, люди вставали и слушали. В конце концов, она бы просто повисла камнем на шее Розы.

Это неизбежно, убеждала она себя. Дети покидают гнездо. Все так, как должно быть.

Мимо двора прогрохотал грузовик, за рулем сидела Сандра Уикс, ее выгоревшие светлые волосы были в беспорядке.

— Потаскушка, — пробормотала Мелани себе под нос.

— Угу.

Сандра помахала им через окно. Обе ведьмы улыбнулись и помахали в ответ."

"— Так ты узнала о ее «друге» недалеко от Мейкона? — спросила Элеонора.

— Хм. В тот момент, когда ее муж уезжает, она мчится через границу в Сломанный. Удивительно, что ее магия все еще действует, ведь она столько времени проводит там. Кто-то должен намекнуть Майклу.

— Держись подальше от этого, — сказала ей Элеонора. — Это не твое дело.

Мелани поморщилась.

— Когда я была в ее возрасте…

— Когда ты была в ее возрасте, считалось, что носить камзол вместо корсета рискованно.

Мелани поджала губы.

— Да будет тебе известно, я вообще носила комбинацию.

— Ну, разве ты не бунтарка?

— Она кстати была сделана из вискозы.

Из-за поворота дороги показалась женщина. Она шла нетвердой походкой, хромая, переставляя одну ногу за другой, ее светлые волосы были собраны на затылке, лицо перепачкано грязью.

— Кто это, черт возьми? — Мелани поставила бокал.