Волосы у него были очень темными, блестящими, почти иссиня-черными. Они веером расположились вокруг его головы, обрамляя лицо. Он больше не был бледен. Вероятно, он никогда не был таким бледным, как ей казалось. Годы практики настраивали ее чувства так, чтобы они реагировали на определенные признаки расстройства у пациентов, и иногда ее магия искажала зрение, чтобы быстрее поставить диагноз. Кожа мужчины имела ярко выраженный бронзовый оттенок, как от естественного более темного тона кожи, так и от пребывания на солнце. Его лицо было точно вылеплено художником, с квадратной челюстью, сильным подбородком и носом, который, должно быть, когда-то имел идеальную форму, но теперь был слишком широк в переносице, скорее всего, результат старой травмы. Короткая темная щетина покрывала его подбородок. Рот у него был не слишком широкий и не слишком узкий, губы мягкие, лоб высокий. Его тело было в превосходной форме, но едва заметные морщинки в уголках глаз выдавали его возраст. Ему было, по крайней мере, столько же лет, сколько и ей, возможно, на несколько лет больше. Его кожа и одежда были испачканы грязью и кровью, волосы в беспорядке, и все же в нем было что-то неоспоримо элегантное.
Какой красивый мужчина.
Ресницы мужчины задрожали. Шарлотта наклонилась, в ней запульсировала тревога. Ее магия вспыхнула. Он не должен был приходить в себя. Его тело нуждалось во всех ресурсах, чтобы исцелиться.
Мужчина открыл глаза. Он посмотрел на нее, их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. Его глаза были темными и светились умом, и этот ум изменил все его лицо, превратив его из красивого в неотразимого.
— Софи, — произнес он.
Он бредил.
— Теперь все хорошо, — сказала она. — Отдыхай.
Его глаза сосредоточились на ней.
— Прекрасная, — прошептал он.
Она моргнула.
— Я знаю этот голос. — Элеонора забралась в грузовик. — Ричард! Mon dieu, que s'est-il pass?
Ричард попытался подняться. Его пульс ускорился до опасного уровня.
— Нет! — Шарлотта изо всех сил пыталась удержать его. Он напрягся под ней. Он был силен, как бык. Ее магия все еще кружилась вокруг него, окутывая его коконом искр, пытаясь залечить повреждения, когда он двигался. Сам того не зная, он опирался на ее целительную силу, как на костыль. — Я должна его усыпить. Ему нельзя шевелиться, иначе все разорвет.
— Кто сделал это с тобой? — спросила Элеонора. — Ричард?
Ричард оттолкнул Шарлотту, поднимая ее мертвым грузом. Она почувствовала, как рвется только что заштопанная ткань. Его власть над ее магией ослабла. Она почувствовала, как он поскользнулся.
Глаза Ричарда закрылись, и он рухнул обратно в кузов грузовика. Шарлотта склонилась над ним. На улице холодно.
Элеонора обернулась к юноше.
— Кенни, помоги нам затащить его в дом."
"Кенни хмыкнул.
