– Честь имею! – Чиновник развернулся к столу.
– Если бы… – прошептал едва слышно Ратманов, но хозяин кабинета включил ультраслух и что-то расслышал.
– Что вы сказали?
– Ничего. До встречи!
– До встречи!
8Георгию по-прежнему было очень грустно. Но в голове бывшего оперативника уже начал вызревать план. Что ему оставалось? А вернее, чего у него не было? Во-первых, нормальной связи с любимой женщиной, которая напрочь забыла, кто он такой. Во-вторых, каких-либо доверенных лиц в прошлом, ведь все окружающие принимали его за другого человека, а именно – обычного преступника, в теле которого он временно находился. Наконец, не осталось никаких связей и с будущим. Из-за того, что в тело прежнего «проводника» Двуреченского заселился неизвестный тип, думающий, что он обычный чиновник для поручений при главе полицейского сыска. Другими словами, у попаданца не осталось почти ничего! Но…"
"…Он помнил, что когда-то и сам ничего не знал о путешествиях во времени. И наверняка сложил бы голову в одной из первых же бандитских разборок начала XX века просто потому, что до конца не представлял, как в то время было принято себя вести! Пока не познакомился с «подельником» в лице того же Двуреченского, вместе с которым они и на дело ходили, и от местной шантрапы удирали. А главное – тот, прежний Двуреченский раскрыл ему глаза на многие вещи, научил, показал перспективу и даже отправил домой, в будущее, пусть и ненадолго…
Ратман стоял у вторых ворот особняка Двуреченского на Чистых прудах, с тыльной стороны обширного земельного участка, заодно позволив дворнику придирчиво рассмотреть непрошеного гостя.
– Вы чьих будете? – наконец произнес маленький начальник с лопатой.
Первой мыслью было ответить, как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию». Но попаданец сдержался.
– Викентий Саввич ждет меня к девяти. Ратманов Георгий Константинович, доложите хозяину.
– А вы мне не указывайте. Ждите тут.
Дворник недовольно покрутился вокруг своей оси, еще раздумывая, а не проучить ли посетителя. Но все же ушел и доложился. А потом вернулся и позвал гостя в дом уже более адекватным и человечным голосом.
Двуреченский встретил по-свойски, в халате. И даже провел по своим апартаментам небольшую экскурсию. То ли не помнил, что Георгий здесь уже бывал… То ли… Впрочем, Ратманов воспринял это даже с благодарностью. Он и сам, признаться, подзабыл, как было обставлено его первое появление здесь.
– Голландская печь, – указал губернский секретарь на изразцы на стене. – Ну а это вы и сами видите: богемский хрусталь. Не то чтобы я его коллекционировал, но кое-какие запасы имеются. Пройдемте к камину?
– Охотно!
Жора присел на красивое резное кресло, которое лишний раз было даже жалко трогать.
