Думаю, они не будут возражать против моей компании, если я какое-то время проведу с ними в Лондоне?
— Возражать? Что ты, Финн, они будут только рады.
— Хорошо, я должен уходить. — Локсвоз подошел к выходу, где его уже дожидался Джеймс со шляпой и тростью. — Всего хорошего, Сандерленд!
И прежде, чем граф успел ответить, гость поспешно вышел за дверь.
Меньше, чем через неделю, как только сумерки сгустились над городом, Джасинда и леди Сандерленд прибыли в Фернвуд, элегантный городской дом герцога. Домохозяйка, миссис Чарринг, встретила их, представив слуг, которые тут работали, и ушла на кухню распорядиться об ужине.
Последний раз Джасинда гостила в Фернвуде год назад во время лондонского сезона, когда Локсвоз в честь нее давал бал. Но теперь она впервые по-настоящему будет жить в этом доме.
Черноглазая служанка, которую миссис Чарринг назвала Хлоей, тут же любезно подбежала к ним.
— Если миледи последуют за мной, я покажу ваши комнаты.
Хлоя повела их на второй этаж, открыв сначала двери спальни, окна которой выходили на улицу. Это была комната в желтых тонах. По обе стороны камина стояли два кресла с мягкими подлокотниками, обитыми парчой, рядом с окном находилась небольшая кушетка. Через распахнутую дверь виднелась покрытая балдахином кровать. На полу лежал шикарный ковер.
— Это превосходно! — заявила леди Сандерленд, входя в комнату.
— Ванная за той дверью, миледи, — указала Хлоя, — если пожелаете, я могу наполнить ее водой для вас.
— Да. Сделай милость. — Леди Сандерленд сняла перчатки и, подойдя к окну, бросила их через плечо.
Джасинда вслед за Хлоей последовала в дальний конец коридора и с удовольствием вошла в розовую комнату, находящуюся на приличном расстоянии от спальни матери.
Окна, обращенные на восток, чтобы впускать утренние лучи солнца, выходили в сад Фернвуда. Паркетный пол был натерт до блеска. В камине уютно потрескивал огонь, маня к удобно расставленным вокруг креслам. Рядом с камином у стены стоял набитый книгами шкаф.
— Очень мило, — прошептала Джасинда.
— Миссис Чарринг говорила, что здесь жила Фелиция, когда была маленькой.
— Да? — Джасинда обернулась и посмотрела на служанку. — Может быть, мне лучше занять другую комнату?
— Его милость сказали, что вы должны занять именно эту, — твердо ответила Хлоя. Она направилась к двери и, застенчиво улыбнувшись, добавила: — Должно быть, он относится к вам по-особенному, миледи.
С этими словами она закрыла дверь."
"Джасинда села на краешек кушетки, стоявшей возле окна. Тысячу раз в жизни ей хотелось, чтобы герцог был ее дедушкой, и в этот самый момент желания опять вернулись. Как бы отличалась ее жизнь от нынешней. На глаза навернулись слезы, и она закрыла веки, чтобы сдержать их. Слезы ей не помогут.
