И уйду в полную несознанку, — откидываюсь на локти, прогибаясь в пояснице и прижимаясь к предполагаемому орудию допроса. Весьма серьезно настроенному. — А ты весь такой грозный и суровый. И допрашивать меня будешь долго и тщательно. С пристрастием. Можно еще обыск устроить.

Подмигнув опешившему мужу, я широко улыбаюсь.

— Так что ты хочешь узнать, супруг мой любимый?

Глаза Шада темнеют окончательно. А еще постепенно наполняются осознанием. Понятно, что он еще в карноте начал догадываться. Но только сейчас до него дошло, что его догадка верна.

— Ты беременна? — хрипло выдыхает мой обожаемый куард.

— Да. Ты скоро станешь папой, — признаюсь с улыбкой и уже совершенно серьезно.

И чувствую, как на глаза невольно слезы наворачиваются. Счастливые. И растроганные. Потому что невозможно не растрогаться мне беременной, смотря на то, как загораются светом и всепоглощающим счастьем глаза любимого мужчины в ответ на мое признание. И на то, как он бережно прижимает ладонь к моему животу, прислушиваясь к едва ощутимой пока энергии нашего сына...

— Мышка моя любимая, — шепчет благоговейно, смотря с такой любовью, что душа обретает крылья. Склоняется надо мной, нежно целуя. Сглатывая и не пряча своих эмоций. Своей радости и счастья. Своей любви.

Мы так долго запрещали себе счастье, что сейчас оно почти оглушает И хочется смеяться и плакать одновременно. Обнимать, целовать, и радоваться.

И любить всем сердцем. Каждый день, что отпущен нам на двоих.

Конец"