Повелительница соблазна

Порша была великолепным секретарем – организованная, преданная делу, именно такая, которая нужна такому легкомысленному парню, как он. Но помимо этого он хотел ее как женщину, и это делало совместную работу очень и очень непростой.

Все два года, что они проработали вместе, Истон всегда был полностью сосредоточен на деле. Но теперь он то и дело ловил себя на том, что отвлекается на ее нежные губы, на то, как она в задумчивости поправляет волосы. Он снова и снова проигрывал в голове события той ночи. В идеальном мире у него могло быть и то и другое: его идеальный секретарь и сексуальная любовница.

Его сердце начинало бешено стучать, когда он думал о той единственной ночи, проведенной вместе с ней. Заставив себя сосредоточиться на настоящем, он посмотрел на Поршу. За последние несколько минут она почти ничего не сказала, но тишина, казалось, тяготила ее.

– Как ты думаешь, птица сломала крыло?"

"Он моргнул, озадаченный ее сухим, деловым тоном.

– Возможно. Нужно сделать рентген, чтобы удостовериться.

– Хорошо. Рада, что мы смогли ему помочь.

Как обычно, сухая констатация факта. Ни единого намека на что-то большее.

Порша свернула на подъездную дорожку к клинике и припарковала джип. Когда она повернулась к Истону лицом, он заметил беспокойство в ее глазах. Неужели она настолько переживает из-за его падения?

Ему так хотелось прикоснуться к ней, провести пальцами по ее нежной коже, накрыть ладонями грудь. Пространство между ними сократилось, и воздух словно заискрился от напряжения.

И он поцеловал ее. Боже, он снова ее целовал! Он пытался сдерживать себя, чтобы насладиться моментом, а не набрасываться на нее с яростным желанием, чтобы не спугнуть ее. Но, черт возьми, как же она хороша! Истон обхватил ладонью ее лицо.

На какой-то невероятный миг ему показалось, что она ответила на поцелуй, но потом все резко изменилось. Порша тут же отстранилась, лицо ее было смертельно бледным. Она рывком распахнула дверь автомобиля и убежала прежде, чем Истон успел вымолвить хоть слово.

* * *Этот мужчина всегда заставлял ее внутренности болезненно сжиматься, а уж теперь, когда она была беременна, желудок и вовсе взбунтовался. Подошвы кожаных балеток Порши глухо стучали по земле. К горлу мгновенно поднялась желчь.

Она вбежала в клинику через боковой вход. Порша прижалась спиной к прохладной стене своего кабинета и медленно сползла на пол, пытаясь решить: стоит ли бежать дальше в туалет или просто пересидеть здесь.