Дело мгновенно заглохло, даже не начавшись.

Самого майора задерживать, конечно же, не стали. Взяли показания и все."

"В территориальном управлении КГБ тоже было не все спокойно. Полковник Афанасьев, как и стоило того ожидать, был в ярости — за выходки майора в афганском Джелалабаде, ему хорошенько прилетело по шее. Очень хорошо.

— У тебя что, твою мать, руки чешутся⁈ — возмущенно произнес полковник, когда закрылась входная дверь. — Какого черта ты вообще влез в это дело?

Кикоть молчал. Не хотел провоцировать дальнейшей эскалации и без того напряженных отношений. Все и так зашло слишком далеко, начальник вполне мог подумать, что майор над ним издевается за то, что кадровый вопрос был решен не в его пользу. Ну и еще потому, что его из объяснений Афанасьев бы просто ничего не понял. Ведь так или иначе, но все вновь крутилось вокруг Максима Громова, на которого у начальника уже вот-вот должна была появиться стойкая аллергия.

— Витя! — полковник посмотрел на него раздраженным взглядом. — Я тебя для чего в Афганистан отправил?

— Чтобы поговорил со сменщиком, оценил новое место службы.

— Ну, а ты что?

— Я осмотрел.

Ба-бах! — полковник грохнул кулаком по столу, отчего вся лежащая на нем канцелярия разлетелась по сторонам.

— Зачем ты вообще влез в это дело? — Афанасьев на секунду заглянул в какой-то документ у него на столе. — Зачем потащился в Джелалабад? Сухова попросили переслать документы куда нужно, он среагировал верно. Ты-то куда полез? Тебе что, кто-то давал такие полномочия, а?

— Нет.

— Верно. Ты был там с рабочим визитом, а вовсе не как полевой сотрудник. Да что же это такое⁈ Ты чего добиваешься? Хочешь, чтобы меня сняли с должности⁈

— Никак нет, товарищ полковник.

— Мне с Москвы позвонили, с самого верха. Мол, какого черта мои сотрудники, да еще и там, где не надо, суют свой нос в дела других отделов на чужой территории?

— Товарищ полковник… — начал Кикоть и вдруг понял, что он не хочет продолжать. Мне нечего вам ответить.

— Да? — откинулся на спинку кресла Афанасьев. — М-м-м, признаться, я ожидал другого, думал рпять мне будешь мозги канифолить. Ладно, черт с этим!

Несколько секунд было тихо. Затем он спросил:

— Что там у тебя ночью случилось? Я читал рапорт, но может, ты хочешь добавить что-то еще?

— Ничего такого, чего нет в официальном рапорте.

— Витя, ты понимаешь, что все это не просто серьезная проблема, это беспрецедентный случай?

— Понимаю. Ранее никого из наших людей не пытались ночью застрелить у и их дома.

— Вот именно. Спокойный город, криминала тут нет. Кто мог это сделать? Есть какие-то наводки?

Все что можно, Кикоть уже узнал до того, как арестованный повесился.

Тот, которому он метким выстрелом прострелил ногу, оказался всего лишь исполнителем. Причем, неопытным.