— С похоронами я помогу.

— Я тоже, — откликнулась я, мимолетно подумав, что Солодовников берется хлопотать о похоронах убийцы собственной матери. И одновременно дедушки своего сына.

Закончив отчет клиенту, я поехала к полковнику Кирьянову, чтобы окончательно отшлифовать детали.

— И чего ты терзаешься? — увещевал меня Киря, заметив, что я начала сомневаться в правильности своего довольно смелого поступка. — Верно я говорю, капитан? — обратился полковник к следователю Белоярову, который как раз в этот момент появился в кабинете полковника.

Следователь с улыбкой кивнул.

— Не волнуйтесь, Татьяна Александровна, — заверил он меня. — Вы проделали такую работу, что и десяти специалистам впору.

«Десяти, — мысленно усмехнулась я. — Мелко плаваете, капитан…»

Кирьянов хмыкнул и сделал мне знак, что, мол, следователь не в курсе, о чем мы только что секретничали. Он тут же принял внушительный вид.

— Ты, Татьяна, раскрыла дело тридцатилетней давности, что позволило вернуть государству утраченные ценности. Поэтому пусть твоя гражданская совесть будет спокойна. Ну а что до утерянной вещицы…

Полковник вздохнул.

— Что ж, и ее стоимость будет частично возвращена в виде налогов.

Практичный человек, что тут скажешь.

Я повернулась к следователю:

— Вам действительно удалось закрыть дело? Ведь письменных показаний, к сожалению, не было. Только диктофонная запись.

Белояров понимающе кивнул.

— Определенные сложности формального порядка, конечно, возникали. Но, во-первых, устные показания оказались очень подробными и легко поддавались проверке. Кроме того, мы сделали запрос в архив, где сохранились сведения о тарасовском автотранспортном предприятии, том самом, где Митченко какое-то время работал таксистом.

Я собралась было ответить, но тут неожиданно ожил мой смартфон.

Я с удивлением увидела, что Солодовников вновь жаждет со мной пообщаться.

— Татьяна, я тут припарковался возле управления, — сообщил он.

Я поняла, что мой клиент на что-то решился и жаждет немедленно пообщаться с Кирьяновым или Белояровым.

Я озвучила его просьбу, обменявшись с полковником недоуменным взглядом. Тот был удивлен не меньше моего, но кивнул.

— Я распоряжусь, чтобы его пропустили. — Следователь принялся звонить дежурному.

Через пару минут Солодовников входил в кабинет.

— Ты что, ехал за мной следом? — удивилась я.

— Так уж вышло, — ответил Солодовников несколько смущенно.