Значит, это не Ленка, если только подруга не вознамерилась внезапно сменить оператора связи. Хотя за ней такого не водится…

— Слушаю, — отозвалась я, недоумевая, кто бы это мог быть, и уповая на то, что это очередной клиент.

— Татьяна? — Знакомый голос заставил меня насторожиться. — Это Олег Солодовников, если ты помнишь такого…

Еще бы мне не помнить!

— Конечно! — жизнерадостно откликнулась я. — Привет, Олежек. Давненько мы с тобой не общались.

— Да, давненько, — эхом отозвался мой собеседник. — Я и подумать не мог, что вновь пообщаться нам придется при таких обстоятельствах…

Я внутренне подобралась, поскольку тон Олега не предвещал ничего хорошего.

Похоже, у него что-то случилось, и это что-то Солодовникова, мягко говоря, не обрадовало.

— У тебя неприятности? — осторожно поинтересовалась я.

— Ну если убийство родной матери можно назвать неприятностями, то они самые.

Я подскочила на кровати, сбросив одеяло на пол.

— Твою маму убили?!

В трубке послышался длинный тяжелый вздох.

— Ты ее помнишь? — поинтересовался Олег вместо ответа.

А чего я ждала, что Солодовников скажет: «Ой, извини, просто я обожаю так тупо шутить с утра пораньше».

Хотя утро уже было вовсе не ранним, разве что в моем понимании.

Когда я не веду расследования, то предпочитаю подольше понежиться в кровати, могу вылезти из постели ближе к полудню.

Помню ли я Елену Григорьевну?

Перед глазами возникло милое интеллигентное лицо немолодой женщины, которая порой радушно угощала меня изумительным кофе с ароматным домашним печеньем.

За кофе мы беседовали обо всем и ни о чем, мама Солодовникова отличалась редкостным обаянием и тактом.

Хоть мы и не были особо близки, но с Еленой Григорьевной всегда было приятно общаться.

И вот я внезапно узнаю, что ее больше нет…

— Да, конечно, помню, — механически сообщила я неожиданно севшим голосом. — Убийцу нашли?

— Нет, Танюша, ищут. — Солодовников снова вздохнул. — Потому-то я тебе и звоню.

— Что ты хочешь этим сказать? — удивилась я."

"— Таня, давай без обиняков. — Теперь Олег говорил спокойно и деловито, словно усилием воли взял себя в руки. — Я не намерен прощать убийц своей матери и поэтому хочу нанять тебя в качестве частного детектива, ну или сыщика.

Не знаю, как правильно называется твоя должность. Твои расценки мне известны, с этим проблем не будет. Главное — найти, кто это сделал, и как можно быстрее.

— Подожди, — прервала я своего воинственно настроенного потенциального клиента. — С чего ты взял, что убийцу твоей мамы кто-то собирается прощать? Ты что, в полицию не обращался? Этого просто не может быть. Наверняка официальное расследование уже ведется.

— Ну да, да, обращался! — нетерпеливо перебил меня Солодовников. — И следствие, конечно же, ведется.