– Он просит тебя… – взгляд шефа становится острым, бездонным, – поехать с ним в Германию. Быть рядом во время операции и после.

– Ха-ха, очень смешно. – злюсь я. – Пусть Сабина едет и будет с ним. Она у нас любительница путешествовать.

– Маш. Ему не нужна Сабина. Ему нужна ты.

– Я не пойду на это. А если бы и согласилась, то куда он предлагает деть моих детей? Неужели на Матвея повесить?

– Нет. Мы подберем тебе ответственную няню. Или двух. Чтобы дети были под круглосуточным присмотром. – тут же отметает все проблемы Савелий Игоревич.

– Нет. – встаю я из-за стола. – Никаких нянь мне не нужно. И я никуда не поеду! – выхожу из кабинета, цокая каблуками.

Кирилл совсем сбрендил, если думает, что я сейчас все брошу и полечу с ним, выхаживать и ублажать его после операции. Мне очень жаль, что с ним приключилось подобное, у меня ноет и болит сердце за него. Но я никогда не поеду к нему, зная, что он чужой муж.

Глава 36

Следующие дни я нахожусь в полусонном состоянии.

Переживаю за Кирилла, но даже спросить не у кого, как проходит его операция и лечение в Германии. Там должны быть отличные врачи. Ничего плохого с ним случиться не должно. И я не должна думать о нем. У него есть Сабина. Пускай она думает и переживает.

Благо мое состояние не позволяет мне окунуться в депрессию с головой. Я тупо сплю. Все время. В маршрутке, по дороге на работу. В кабинете клюю носом в экран. Это – адское мучение, когда нестерпимо хочется спать, но с тобой в кабинете работают еще четверо сотрудников, и тебе попросту неудобно уронить голову на руки и забыться на полчаса.

Сплю дома, едва переделав все дела с готовкой и поиграв с детьми. Сразу проваливаюсь в сон, едва донеся голову до подушки, и сплю как убитая до звонка будильника. Несколько раз даже просыпала утром, но благо, прибегал Матвей из другой комнаты и ругался, что мой телефон орет на всю квартиру, а я не слышу.

– Слышь, сеструха, что-то с тобой не то творится. – замечает Матвей за ужином. – Ты постоянно уставшая, как сонная тетеря. Цвет кожи уже не бледный, а зеленый. У тебя зверский аппетит, и тебя тошнит, когда я жарю чего-то на масле.

Ком подкатывает к горлу, едва ли Матвей упоминает о раскаленной сковороде и соответствующем запахе.

– Вот-вот… – поднимает палец вверх брат. – А раньше ты и сама жарила яичницу, блины, котлеты…

– Прекрати… – сдерживаю я тошноту из последних сил. – Лучше огурчиков достань из холодильника… солененьких.

Матвей хмыкает, но просьбу мою исполняет. Роется в холодильнике сосредоточено, но выныривает оттуда пустым.

– Нету! Машка, нифига себе! Я пять банок покупал! Ты что, все схрумкала?!

– Больше нет?! – с ужасом гляжу на полки. – Матвей!!! Я сейчас умру! Мне жизненно необходимы огурцы!

– Ну и где я тебе их возьму? – возмущается братец.