И я тогда себе такой убедительной казалась, правильной.
Смелой.
Где теперь твоя смелость, Элли? По пути потерялась? И надо идти к Гудвину, добывать новую?
- Но вот они чем думали? И что в тебе нашли такого? Чем зацепила? - Рассуждает Тата вслух, и мне в голову не приходит обидеться на такое явное пренебрежение. Потому что права она. И этот вопрос поневоле возникает, глядя на меня.
Я только плечами жму.
Кто его знает? Что-то нашли, значит…
Но я не получила ответа на вопрос.
- Так я не поняла, они все время вот так вот… С одной девушкой?
- Да не то чтоб все время… - мнется Тата, глаза отводит, опасаясь, что расстроит, обидит, - но бывает. Не отказываются, короче, если предлагают. Но сами не лезут. А тут… И чего они от тебя сегодня хотели? Зачем приходили?
- Номер просили. И вечером хотят заехать, - шепчу я, отвернувшись и отчего-то мучительно покраснев.
Эй, Элли, ты стала стесняшкой? Не слишком ли в образ вошла?
- Даже так… - задумчиво тянет Тата, - а ты? Ты хочешь?
- Ммм…
- Хочешь, значит? Но ты же понимаешь, что это все ненадолго? Они такие, Зверята, поиграют, а потом новую жертву ищут.
Она замолкает, испытующе глядя на меня.
- Знаешь, не мое дело, но… Не надо в них влюбляться… Погулять… Ну… Можно. Но вот по серьезному...
Не стоит. Да и в институте слухи пойдут…
Да, она права. Не надо мне это сейчас.
Но вот в чем проблема – я уже не могу ничего сделать.
Ни их остановить.
Ни сама остановиться.
А поэтому надо просто выяснить все. И быть во всеоружии. И кстати…
- А ты их откуда знаешь?
У меня этот вопрос давно крутится, Тата выглядит слишком осведомленной о многих вещах, и в то же время, словно как-то свысока рассуждает. Искушенно.
- Они в тусовке моего брата старшего. – Она неожиданно мрачнеет. – Сводного. Встречались периодически.
- Вот как… А что за тусовка?
- Байкерская.
- Ааа…
До меня доходит, что Тата может знать и Данила, и Лену.
Я неожиданно понимаю, что увязла во вранье, и надо бы как-то этот момент пресечь. Например, сказать, что я тоже знаю Данила. Или спросить… Надо, побыстрее.
Но тут мне звонит Лена.
Я беру трубку, разговариваю с ней какое-то время. Ей интересно, как я устроилась, всего ли хватает, все ли в порядке. Говорю, что все хорошо, рассказываю про общагу, про вечеринку посвящения в студенты, и даже шучу о чем-то с ней. Так легко, так спокойно мне разговаривать, каждое слово – словно поглаживание ласковое.
Тата деликатно делает вид, что не слушает, лазит в телефоне.
- Ты когда на работу? – спрашивает Лена в самом конце разговора.
- Завтра. Сергей сказал, чтоб вечером после занятий приходила. И на выходных тоже работать буду, если все нормально пройдет.
Лена напоминает, чтоб звонила, не терялась, и отключается.
- Ты на работу устроилась? – Тата не собирается делать вид, что не слышала, но спрашивает деликатно. Без наезда.
