И в то же время типично японское. Фумико была права, когда говорила мне, что в их стране не стреляют в президентов банка. Никто в него и не стрелял. Ваши банки и корпорации как большая семья, здесь старший имеет право наказывать младшего.

Симура действовал как глава клана, покаравший своего феодала, как великий князь «дайме», который имеет право на собственный приговор своему вассалу. Он сделал все, чтобы не потерять своего лица. А подвел его господин Фудзиока.

— Что вы такое говорите? — испугалась Аяко Намэкава."

"— Он говорит правду, — поднялся со своего места Фудзиока.

 — Я должен был взять пистолет и унести его с собой, чтобы никто не мог подумать про Симуру. И тогда полиция искала бы неизвестного убийцу. Но, когда я наклонился, внезапно вбежали охранники, и я не успел найти оружие. Я сидел рядом и слышал, как стрелял Симура. Он был около меня. Но тогда я не знал о решении Симуры, хотя видел, как он не доверяет Такахаси. Но не успел найти пистолет. Симура нарочно часто приглашал Такахаси в свой кабинет, а когда тот уходил, менял свое решение. Если бы я унес пистолет, все было бы по-другому. И господин Дронго не был бы так убежден, что убийца находился среди нас.

— На эту мысль меня навел Морияма, — сказа Дронго. — Он рассказал, как беседовал с Симуро после того, как в кабинете побывали Такахаси Фудзиока.

Симура говорил с Фудзиокой и Мориямой совсем по-другому, чем с Такахаси. И тогда я подумал — почему? Либо он ему не доверяет, либо не доверяет остальным двум. И сделал выбор не в пользу Такахаси.

— Вы рассказали нам неприятную историю, господин Дронго, — произнес Морияма. — Надеюсь, это ваши домыслы и ничего подобного на самом деле не было.

Дронго осторожно вздохнул. Потом кивнул и сказал:

— Конечно, это только мои предположения. — Он сел на стул, устало глядя на присутствующих.

— Господин Дронго имеет право на свою версию, — сказал Фудзиока. — Мы обязаны были выслушать все варианты. А вы как думаете, Удзава?

— Этого не может быть, — сказал Удзава, избегая смотреть на Дронго, — мы все проверили. Стрелял один из преступников, который сумел ворваться в комнату. Мои охранники могут все подтвердить.

— Вот видите, — кивнул Фудзиока.

И в этот момент раздался телефонный звонок.

Фудзиока поднял трубку, выслушал сообщение. И медленно поднялся. Затем посмотрел на присутствующих.

— Господин Тацуо Симура умер, — торжественным голосом произнес он. — Я надеюсь, мы все будем на церемонии кремации его тела. Это наш долг перед памятью покойного.

Его глаза увлажнились. Но он стоял, высоко подняв свою маленькую голову. Все сидевшие в кабинете встали, чтобы почтить память Тацуо Симуры.

«Бусидо, — подумал Дронго, — это кодекс поведения, который они впитывают с молоком матери».