Шесть маленьких выродков — и седьмой уже шевелится в ее плодоносном чреве. Первые пятеро были мальчики, а четвертой по счету родилась дочь. Сорча не испытывала к ним ни малейшей нежности. Они все были Фергюсонами. Вся материнская любовь, на которую только было способно ее сердце, была безраздельно отдана Груочь Мак-Дуфф, ее старшей… Для ее сестры-близнеца Риган в ее сердце не оставалось места. Пожалуй, ей она могла подарить лишь жалкое подобие того, что испытывала к Груочь. Риган, когда подросла, стала необыкновенно походить на отца, блаженной памяти Торкиля… Девочка унаследовала его бесстрашие и отвагу и была смела порою до безрассудства.
Весною того же года, когда две ее дочери появились на свет, Элэсдейр Ферпосон вернулся в замок Мак-Дун. Брачные контракты, подготовленные Фергюсонами, были подписаны в присутствии священника. Впрочем, она все равно не смогла бы проверить, вправду ли там написано то, о чем ей было объявлено, — ведь Сорча не умела ни читать, ни писать… Священник сказал, что Груочь станет женою Иэна Фергюсона, как только достигнет женской зрелости, то есть лет в тринадцать.
В последующие годы Элэсдейр Фергюсон регулярно посещал свою наложницу, о чем свидетельствовало ее растущее потомство, но не женился на ней. Да она и не пошла бы за него, даже если бы он попросил… Три раза кряду Сорча Мак-Дуфф тайно ходила к старой колдунье в лесистую долину и, щедро заплатив, пила отвратительное зелье… Так она избавилась от трех плодов похоти своего насильника.
…Она услыхала звук охотничьего рога, а вскоре двери распахнулись, пропуская Элэсдейра Фергюсона, сопровождаемого двумя его старшими сыновьями, Иэном и Келлачем. Сорча Мак-Дуфф медленно приподнялась — она была уже на сносях и двигалась с трудом.
— Милорд… — тихо приветствовала она Элэсдейра. Потом отдала приказ слугам принести мужчинам еды.
— Я подстрелил оленя и привез его тебе, — сказал Элэсдейр, приветствуя ее.
Потом властно поцеловал ее в губы жестом собственника и уселся в высокое кресло.





